— Пожалуй, ты прав…

Время с Мышкой бежало юрко, и до больницы мы доехали быстро. Мне даже жалко стало. Но в приемном покое начался ожидаемый «цирк».

— Позовите, пожалуйста, травматолога, — повторила Наташа твердо. — У меня мужчина с травмой…

— Подождите, пожалуйста, у нас тут — травматология, все с травмами, — недовольно возражала ей традиционно полная медсестра.

Я сидел на скамье в коридоре и получал удовольствие. Только попкорна не хватало.

— Мужчина истекает кровью уже сутки! — не давала ей спуска Мышка.

— Что же он делал эти сутки?

— Он был в загородном поселке, где нет ни связи, ни транспорта!

Так. Наташа создала мне имидж бомжа-разнорабочего за тарелку котлет. Черт, зачем я про них вспомнил? Я бы ещё одно пулевое перетерпел, только бы мне снова выдали тарелочку с котлетками…

— Он у вас не похож на гастарбайтера, — с сомнением протянула медсестра, вытянув голову и глядя на меня оценивающе."

"Я решил, что ну его нафик и, картинно закатив глаза, съехал со скамейки на пол, изобразив обморок.

8

Все сразу забегали. Запищала Мышка, закудахтала медсестра, послышались крики и требования.… Хорошо как!

— Режьте джинсы!

— Не надо! — встрепенулся я. — Последние, что хозяин выдал! У меня больше нету!

— Господи, ну что за цирк?! — взвыл какой-то новый персонаж, похожий на того самого хирурга, к которому взывала Наташа все это время.

Но джинсы мои оставили в покое, принялись стягивать.

— У него давление девяносто на пятьдесят.

Ну, что тут скажешь? Уровень котлеток в крови уже давно упал, давление мне поддерживать не на что…

— Глюкозу ставьте, и на операционный стол его… Группу крови…

Блин, вот кровь мне чужую лить не нужно. Черт, сил почти ни на что не хватает…

— Наркоз делали вам когда-либо? — поинтересовался какой-то молодой врач.

— Не нужен мне наркоз, делайте под местным, — сдавленно процедил я.

— Давайте вы не будете нас учить, — недовольно начал он.

— Я беру всю ответственность на себя, — перебил я его. — Мне нельзя общий, аллергия, а на какие именно, я не помню…

Тут к кушетке подошел главный хирург.

— Петр Иванович, — принялся жаловаться молодой врач, — говорит, у него аллергия на общий наркоз, просит местный…

— Петр Иванович, можно вас с глазу на глаз на минутку? — вставил я, вложив во взгляд все оставшиеся силы, чтобы тот немного оцепенел. Кажется, ему хватило.

— Я вас слушаю, — склонился он надо мной.

— У меня в ноге — пуля, — понизил я голос. — Я бы хотел, чтобы вы ее вытащили без шума и пыли, а я в долгу не останусь. Равно как и в случае, если вы меня сдадите.

Ну, куда ж тут без четких условий? Никуда…

Судя по волне напряжения, прошедшей по лицу собеседника, предложение ему мое не понравилось, что ничуть не удивило. Он нахмурился, помарчнел, но все же кивнул:

— Хорошо.