В тот день я чуть не спятила от скуки и, когда ты потащил Мэриан на конюшню, решила выяснить, что это ты затеваешь. Признаюсь, много я не подсмотрела, зато слышала достаточно, и когда настал час, это пошло мне на пользу. Не надо, не трудись испепелять меня взглядом! Такова жизнь. Кто смел, тот и съел. Если бы бедняжка Мэриан не была так неуверенна в себе, а ты не был так туп, все давным-давно устроилось бы наилучшим образом. Это же надо — не понять, с кем занимаешься любовью! Вы двое друг друга стоите. А впрочем, не важно, ведь в конечном счете никто не пострадал.

— Ты все врешь!

— Все время врать неинтересно, и на этот раз я говорю правду. Иди спроси у Мэриан. Посмотрим, так ли правдива твоя избранница, чтобы из нас двоих меня одну клеймить как лгунью. Если хочешь доказательств, загляни к ней в сундук. Там найдешь два твоих портрета, один из них весьма… откровенный. Как-то раз, когда Кэтлин учила Мэриан ездить верхом, я порылась в ее вещах. Да, я такая. Подумаешь! Не надо было хоронить меня заживо на этом дурацком ранчо!

Чад не нашелся что сказать и только молча смотрел на Аманду. Тогда с победной улыбкой она захлопнула дверь перед его носом, довольная, что лишила его дара речи. Невольно думалось: где эта женщина, там неприятности. Услуга, как же! Скорее, ей захотелось добавить немного перца в скучную повседневность. У нее, должно быть, несварение желудка от добра и милосердия в любой форме!

Вот он стоит, хлопает глазами и страстно желает поверить, но разве это не признак того, что верить нельзя? Аманда обожает дурачить людей. Да и не может это быть правдой, иначе Мэриан уже проговорилась бы. Она бы не позволила ему так долго заблуждаться.

Чад посмотрел в ту сторону, откуда пришел. Мэриан сейчас у себя в номере одна, а у него появился повод к ней наведаться. Спасибо Аманде хоть за это. Может быть, злость на Аманду сблизит их?

Стучать Чад не стал, зная, что не услышит позволения войти. Дверь оказалась незапертой — и то слава Богу. Должно быть, та же буря чувств, что заставила Мэриан хлопнуть ею, заслонила от нее мысль о том, что надо запереться.

Она сидела на постели и неотрывно смотрела на развернутый холст, так глубоко погрузившись в свои мысли, что не заметила появления Чада. Но затем она подняла взгляд — и вскрикнула.

Чад ждал, что она прикажет ему немедленно выйти вон, но Мэриан принялась судорожно скатывать холст. Только спрятав его за спину, поднявшись и отступив к стене, она заговорила:

— Зачем ты вернулся?

— Вот за этим. — Он указал на краешек рулона, что виднелся у нее из-за спины. — Можно взглянуть?

— Конечно, нет!

— Мне настоятельно советовали сделать это, и я это сделаю.

Приблизившись, Чад протянул руку.

— Нет!!!

Но теперь протест Мэриан не играл роли.