— Нет, — я беспомощно бью кулаком по кожаному сиденью, — не хочу ехать обратно к тебе в дом.

— К нам. Значит, пойдём, выберем тебе что-нибудь подходящее.

Чтобы ты сдох, внезапно зло думаю я. Чтобы ты поскользнулся на укатанном снегу и упал, раскроив себе голову об острый угол. Но вместо этого Земянский бережно подхватывает под локоть меня.

— Скользко, принцесса. Можешь упасть ненароком. Не стоит травмировать голову так часто.

— Не называй меня принцессой.

— Да? А как тебя называть? Банальным прозвищем зайка или котёнок?

— Кажется, у тебя есть кого называть ласковыми прозвищами.

Вот и называй. А меня оставь в покое.

Земянский издаёт какой-то странный смешок и придерживает дверь, пропуская меня внутрь торгового центра. И неожиданно бросает мне в спину:

— Если ты про Марину, то не вижу смысла поддерживать с ней близкие отношения. Деловые — да, близкие… Как-то не хочется. Интерес пропал…

Я могу пожелать только одного, чтобы его интерес не перекинулся на меня, поэтому говорю как можно спокойнее:

— Ничего страшного. На место Марины найдётся куча других женщин.

— А что, если я решу быть верным супругом?

Я разворачиваюсь, глядя на его спокойное лицо с лёгкой улыбкой:

— Спасибо, Михаил.

Но я не оценю твоё стремление хранить верность. Я за свободные отношения. Проводи время с кем угодно.

— Именно этим я и занимаюсь, принцесса, — Земянский тянется к моему запястью, поднося руку к губам, и ведёт за собой. Такой самодовольный, что напоминает сытого кота, до блеска вылизавшего себе яйца.

— Сюда? — кивает он в сторону одного из бутиков.

— Мне всё равно.

— Давай не зли меня. Оденься, как подобает.

К нам уже спешат консультанты, улыбающиеся так, словно улыбку намертво прибили гвоздями к их лицам.

Земянский подталкивает меня в спину, а сам вальяжно разваливается на диванчике.

— Развлекайся, принцесса. Я подожду тебя здесь.

Этот шопинг может войти в историю, как самый быстрый в истории: ровным голосом прошу подобрать комплекты на каждый день и примеряю только затем, чтобы проверить, подходит ли размер. А цвета и стиль меня не интересуют. Но продавцы, как назло, подбирают всё так, чтобы шло к лицу.

Поэтому Земянский счастливо улыбается, расплачиваясь на кассе.

— Всё? Я свободна? — интересуюсь тихим голосом.

— Ты забыла про шубку, Снежана. Я же сказал, что в этом барахле ходить не позволю.

Ещё и это. Земянский сам тыкает пальцем в серо-голубую шубу из норки.

— Тебе подходит. Похожа на снежную королеву.

И только после этого Земянский милостиво разрешает покинуть пределы торгового центра. Он распахивает дверь автомобиля и когда я сажусь, протягивает мне большой букет роз, взятых с переднего сиденья. Надо же, какой шустрый. Успел организовать ещё и букетик для своей ненаглядной невесты.