– Так продрогла, просто ужас!

– Ну, пойдем, я тебе чаю дам, – неохотно сказал он.

Она шла рядом с ним с гордо поднятой головой, но время от времени лихорадочно оглядывалась: не мелькнет ли где знакомое лицо. Они поднялись на второй этаж, и там, в маленьком кабинете с гигантским фикусом в углу, обнаружился не кто иной, как Ян Александрович Колдунов.

«Как же без него-то!» – усмехнулась про себя Диана.

В последнее время Розенберг подружился с ним, почти ежедневно созванивался, приглашал на сложные операции, словом, активно вовлекал в работу своей клиники.

– Диана, дорогая! – Увидев ее, Колдунов сделал вид, что встает с дивана.

 – Ты шикарно выглядишь. Михалыч, а может, ее пошлем к Литвинову за отзывом? При виде такой красотки он подпишет бумаги без разговоров. А коньяк мы сами выпьем.

Розенберг приобнял Диану за плечи.

– Я и так достаточно много делаю для своего обормота зятя, чтобы еще жертвовать ради его дурацкой диссертации собственной женой. Садись, зайчик, грейся. Чаю я тебе сейчас налью. Ты с ним на шесть часов договорился, да? – спросил Розенберг. – Значит, время еще есть. Я вам сейчас налью по рюмочке, сам-то не могу, за рулем.

Ян, а ты со мной не поедешь?

– Нет, Михалыч, никак не могу. Да не бойся ты, он нормальный мужик, да и про Чеснокова твоего я ему сказал, что это хороший парень.

Встреча со Стасовым, похоже, не состоится, разочарованно подумала Диана. Вряд ли простой анестезиолог вхож в кабинет к начальнику, а вызывать его в разгар дружеских посиделок Розенберг не будет. Она хотела попросить мужа показать ей клинику, но присутствие Колдунова делало эту просьбу невежливой. А она бы так хотела, чтобы Стасов увидел ее именно сегодня, когда она так нравится сама себе! Да и неизвестно, когда ей представится шанс в следующий раз попасть в клинику…

– Я тут анекдот классный слышал, – сказал Колдунов.

Кажется, он поставил целью своей жизни препятствовать всем Дианиным проектам! Да и вообще для великого труженика, каковым профессор себя позиционирует, что-то он слишком долго гоняет здесь чаи… – Первое января. Девять утра, в палате обход врачей. «Иванов!» – «Я!» – «Как фамилия?»

– Ну, у меня такого не бывает, – засмеялся Розенберг.

– У нас тоже не бывает. Но, согласись, анекдот смешной.

У меня тут у самого курьезный случай вышел. Дежурил на днях, постовая сестра подходит и говорит: «Родственники больной Ляшко хотят с вами побеседовать». Я говорю: «Ладно», – а сам больную знать не знаю. Решил для приличия посмотреть ее перед беседой. Спрашиваю у сестры, с чем она лежит, сестра говорит: холецистит прооперированный, палата такая-то. Историю болезни мне подает, я смотрю, фамилия вроде совпадает, захожу в палату, осматриваюсь. Среди пациенток с дренажной трубкой всего одна. «Вы Ляшко?». – спрашиваю.