Не исключено также, что старый профессор действительно любил ее… По мнению Дианы, страшненькая Ольга мало подходила для банального флирта.

Диана поднялась в кабинет мужа и взяла в руки фотографию в старомодной рамочке. Да уж! При такой внешности – и вот тебе, пожалуйста: муж, любовник и трое детей! Но сейчас не время ревновать. Нужно ехать и падать Дорохову в ноги.

Она выбрала терракотовый деловой костюм и туфли на шпильках. Надела тончайшие чулки цвета маренго, лучшую пару немецкого белья, подушилась «Аллюром» и соорудила сложную прическу. Словом, собиралась так, будто хотела соблазнить старого профессора.

Проникнуть в клинику Дорохова оказалось проще, чем она думала. Диана настроилась воевать с охранниками, даже разменяла на всякий случай пятьсот рублей, но, услышав безапелляционное «Мне нужно видеть профессора Дорохова», ее не только впустили, но даже показали, где находится кабинет. Тут же все объяснилось: профессор вел прием. Очередь к светилу была бесконечной, и, прежде чем попасть в кабинет, Диана успела дочитать предусмотрительно захваченный из дома детектив.

Первой ее мыслью при виде Дорохова было: как же он похож на Милу! Будто бы перед ней сидела дочь Розенберга, смеха ради загримировавшаяся, напялившая на себя очки в тяжелой оправе и седой парик.

В молодости Дорохов наверняка был красавцем… Потому и польстился на Ольгу Алексеевну. Такие никогда не выбирают себе красавиц. Лада Николаевна рассказывала, что, когда она работала в роддоме и там появлялся интересный, видный мужчина, она безошибочно определяла его жену, исходя из принципа: чем ярче мужик, тем незаметнее жена. И наоборот, за самыми красивыми женщинами являлись обычно такие квазимоды…

– Слушаю вас, – любезно произнес Дорохов. – Неужели столь очаровательная женщина желает что-то изменить в своей внешности?

– Нет, я по другому вопросу. – Диана села на предложенный стул.

Кабинет был выдержан в хайтековском стиле – легкая мебель с серебристыми гранями, жалюзи, на светлых обоях – дипломы в стальных рамках. Никаких старинных дубовых столов, бронзовых бюстов и шкафов с пыльными фолиантами. Напротив, обстановка сообщала о современном настрое хозяина кабинета.

– Я вас слушаю, – нетерпеливо повторил профессор.

– У меня к вам приватный разговор, – начала Диана и замолчала, не представляя, как перейти к делу."

"– Вы меня заинтриговали, голубушка. Давно уже со мной не вели приватных бесед столь юные особы. – Наверное, подсознательно среагировав на слово «приватный», Дорохов стал изъясняться подчеркнуто интеллигентным стилем.

– Меня зовут Диана, я жена Якова Михайловича Розенберга, – представилась она. – Он ведь знаком вам, правда?

– Да… – Диане показалось, что Дорохов слегка растерялся.