— Разумеется, мэм, — сказал он. — Для меня будет большим удовольствием, если вы втроем поедете в салон-вагоне.

Кейси выпятила губы с недовольным выражением. Это была, по-видимому, не ее идея, и вообще ей нет до этого дела. Но Кортни ответила на его любезность приветливой улыбкой.

Чендос был явно не склонен к разговорам и сохранял свою обычную невозмутимость. Мог бы, между прочим, сказать Кейси, что вполне полагается на Демьена, но он — и это было видно — не собирался подтверждать это ни словом, ни взглядом.

Может, их мнение о нем не так уж сильно изменилось, а он принял желаемое за действительное? И только что предложил засадить себя вместе с родителями Кейси в замкнутое пространство салон-вагона на несколько дней! Да он просто спятил!

Глава 52"

"Кейси и ее мать заняли в салон-вагоне отдельную спальню. Чендос убрал оттуда часть вещей Демьена, не спрашивая разрешения, принимая как должное, что спальня предназначена исключительно для женщин. Верно, конечно, и Демьен не стал бы возражать, но все же это его задело.

Так оно и повелось. Стрэтоны многое принимали как должное, во всяком случае родители Кейси. Она же не слишком охотно общалась с Демьеном, предпочитая разговаривать с отцом и матерью, — отношения у них, как теперь убедился Демьен, были самые сердечные.

Только Кортни Стрэтон делала время, которое Демьен проводил с этим семейством, более-менее сносным. Ее мягкие манеры, так непохожие на поведение мужа и дочери, свидетельствовали, что она получила в детстве хорошее воспитание. Она старалась вовлекать Демьена в общие разговоры, что велись в гостиной салон-вагона, где они по большей части сидели. Она вызывала его на рассказы об отце, о себе самом, о компании, которой так долго владела их семья. Она даже упомянула как-то о его матери… Кейси так и вспыхнула, когда Кортни проговорила:

— Кейси рассказала мне, что ваша матушка живет в Чикаго. Может быть, мы познакомимся с ней, пока будем в городе?

Демьен бросил на Кейси взгляд, в котором ясно читалось: «Что еще вы сообщили вашим родителям, что их совершенно не касается?» Но на вопрос Кортни ответил сдержанно:

— Сомневаюсь, мэм. Моя поездка носит не развлекательный характер.

Мучительно неприятными оказались ночи, когда леди удалялись в свою спальню, а Демьен оставался наедине с Чендосом. Первая же такая ночь определила тональность всех остальных: они как бы не замечали один другого. Начало положила реплика Чендоса, высказанная после того, как он улегся на длинном диванчике напротив Демьена:

— Моя жена дает вам сомнительное преимущество, она считает, что ваше решение говорит само за себя; Но я предпочитаю пока воздерживаться от суждений.

Оставить, без ответа эту загадочную реплику было невозможно.