К тому же там, внизу, речка, в ней можно помыться.

Помыться? Это звучало заманчиво.

— Но у вас, наверное, нет мыла?

— Такого, к какому вы привыкли, конечно, нет, — последовал загадочный ответ. — Возьмите ил со дна речки, тут все так делают. Он сотрет любую грязь, которая к вам прилипла.

Конечно, примитивно, но таковы обстоятельства: ночевка под открытым небом, минимум предметов первой необходимости. Еда, однако, отменная и главное — вовремя. Демьен так и сказал:

— Спасибо, что поделились ужином. Без этого я бы дольше не выдержал.

Еще одна полуулыбка, столь затаенная, что Демьен с трудом ее заметил.

— Вы считаете, что я мог бы все это съесть один? Вы проглотили мой завтрак… Ладно-ладно, больше не извиняйтесь. Вообще-то утром лучше не терять времени и доесть остатки, а не готовить заново. Но я не настолько спешу, чтобы отказаться от ловли кроликов.

Теперь, когда они, так сказать, отобедали вместе и живот у Демьена был набит, пусть и не до отказа, к нему вернулось любопытство.

Демьен начал с того, что напомнил юноше:

— Я так и не узнал вашего имени. Светло-карие глаза взглянули на него, прежде чем парень снова опустил их, разливая кофе.

— Может, потому, что я не сообщил его, как это сделали вы.

— Если вы предпочитаете…

— Просто у меня его нет, — прервал Демьена мальчик. — По крайней мере оно мне неизвестно.

Это было не совсем то, что Демьен ожидал услышать.

— Но ведь вас как-то называют?

— Меня называют Малышом.

— А-а-а. — Демьен улыбнулся: такое прозвище нередко встречалось в досье, которые ему давали, однако оно всегда сопровождалось каким-нибудь именем. — Как, например, Малыш Билли?

Парнишка фыркнул:

— Нет, это значит, что я еще слишком молод, чтобы заниматься таким делом.

— Каким же?

Малыш передал Демьену кружку с кофе, и тот едва ее не выронил, услышав ответ:

— Я охочусь за преступниками.

— Я… э-э… не принял бы вас за полисмена… то есть я имею в виду, что вы не выглядите…

— Как кто?

— Как служитель закона.

— То есть вроде шерифа, что ли? Разумеется, нет, кто бы меня выбрал на эту должность в мои-то годы?

Демьен думал то же самое и потому был крайне удивлен.

— Тогда чего ради вы охотитесь за преступниками?

— Само собой, ради вознаграждения.

— Прибыльное дельце?

— Очень, — ответил Малыш.

— Можно узнать, сколько вы задержали с начала вашей деятельности?

— Пятерых.

— Я видел не так уж много объявлений о розыске, — заметил Демьен, хотя на самом деле в тех досье, которые ему показывали, объявлений было полно. — Скажите, такие объявления чаще предлагают вознаграждение за мертвого или за живого?

— Если вы спрашиваете, многих ли я убил, то отвечу вам: ни одного, по крайней мере до сих пор. Ранил, это было. А одному из этих пяти предстоит свидание с палачом, и встретится он с ним еще до Нового года.