И стена передо мной засияла призрачной сероватой дымкой и растворилась, открывая вид на кладбище… На очень людное кладбище. На которое я бы очень не хотела сейчас попасть…

Но судорожно вздохнув, шагнула за грань перехода, почти сразу проваливаясь в снег по колено.

На похоронную церемонию я старалась не смотреть, и не смотреть на трех женщин, потерявших своих сыновей - просто не слышать, не оглядываться, не останавливаться.

Я с трудом, но выбралась на дорожку, и пошла точно к северным воротам.

Миновав все кладбище, прикоснулась к тяжелой дубовой двери и вывела простейшую первую руну. Ворота приоткрылись сами, позволяя мне выскользнуть, и через мгновение я уже шла по улице Первоцветов, выискивая лавку сапожника.

Шагов двадцать шла, не больше.

Больше мне просто не дали.

- Слыш, ледя, не ходила бы ты здесь, - бабуля в цветастом платке кряхтя и косолапо ступая, подобралась ко мне, выскользнув из совершенно пустого переулка. – Яблочка хочешь?

- Очень, спасибо, лорд Ыгырх, - я невольно улыбнулась.

Яблоко мне передали тут же, румяное, наливное и красное, пахнущее осенним садом и почему-то летним медом. Откусила не задумываясь, и сосредоточенно жуя, продолжила путь.

- Слыш, ледя, - продолжила семенящая рядом могучая бабуля, - ты как из дома-то выскользнула?

Наверное, в каждом противостоянии нужно выбирать свою сторону… я выбрала. А потому тихо сообщила Ыгырху:

- Из дома ректора есть тайный путь, ведет в катакомбы под городом. Я видела четыре уровня, уровни большие, просторные, с высокими потолками. Ходят там часто, пыли и паутины нет. Еще имеется как минимум пятый уровень.

Гоблин даже остановился, явно потрясенный информацией.

Затем все так же кряхтя и семеня догнал меня, дождался пока проглочу очередной откушенный от яблока кусок и спросил:

- А ты куда идешь-то?

- К сапожнику. Тебе со мной нельзя.

- А если очень хочется? - прищурилась бабуля.

- Там могут быть отступники, - прямо сказала я.

Ыгырх некоторое время семенил рядом, потом, отставая, едва слышно произнес:

- Проберусь сам внутрь. Не рискуй собой.

Я не обернулась, не хотела, чтобы заметили, мало ли, поэтому просто доела яблоко, и прибавила шагу, торопясь найти нужную лавку.Дважды приостанавливалась, видя сапог на вывеске, но оба раза проходила мимо – первая лавка принадлежала уважаемому Уду, вторая мастеру Ватосу. Пришлось идти дальше, запоздало осознавая, что шла я по самому центру столицы, по ходовым торговым улицам. Кругом сновал народ, сегодня притихший и не разговорчивый, слышались вздохи и всхлипы, сетования, что такие молодые парни и погибли смертью безвременной. Большинство женщин и вовсе стояли, запрокинув головы и смотрели на изображения, проводя самые детские картины тоскливыми взглядами.

А я шла, сосредоточенно и быстро.