И, нервно сглотнув, спросила:

- Во времена империи Хешисаи существовали Мастера меча?

Ректор чуть прищурил серые пронзительные глаза, словно припоминая, и произнес:

- Двое из тех, что могли попасть в руки отступникам. Полагаешь, их поглотили?

Молча кивнула.

- Допустим, - задумчиво проговорил Гаэр-аш. - В таком случае есть вероятность, что лорд-Вечный увидел одну из наших тренировок здесь.

Но затем, нервно мотнув головой, с яростью выговорил:

- И все же, я прав. Мерзко осознавать, но ты подметила очень точно – их сила не имеет для отступников значения. Иначе с чего бы вечному способствовать усилению Норта?

- Из любопытства? - предположила я.

Лорд Гаэр-аш посмотрел на меня с улыбкой. В этой улыбке была и добрая насмешка над моей наивностью, и легкий налет снисходительности, и легкий оттенок искреннего сожаления.

- Вечные, не любят терять своих, свет мой, - тихим голосом произнес ректор. - И сколь бы вечный не был любопытен, он не стал бы подставлять под удар братьев по ордену и по вечности. Соответственно мы имеем четкое осознание того, что в решающий момент сила четырех наследников не будет играть никакого значения. Подобный вариант развития событий возможен только в одном случае - их подчинят. Вопрос, что мы можем противопоставить Истинной Тьме?

А вот на этот вопрос ответ у меня был:

«Эль-таимы», - сказала мысленно.

«Способны противостоять Истинной Тьме?» - так же мысленно переспросил Гаэр-аш.

Я кивнула и добавила:

«Уже противостояли».

«Нападение лорда отступника в таверне? - догадался ректор. Помолчал, затем так же мысленно произнес: - Что ж, немного неожиданно».

«Почему?» - тут же спросила я.

«Потому что все были искренне убеждены в том, что трое выпускников Некроса завалили обычного отступника, Риа. Не Лорда!» - раздраженно ответил Гаэр-аш. А затем с каким-то мрачным удовлетворением добавил: «Что ж, так даже лучше».

Практически кивнув снова, я замерла, и так же мысленно произнесла:

«Единственное, чему не способны противостоять Эль-таимы - силе темных лордов…»

«Да я знаю, - последовало лаконичное. - Идеи?» В первый миг я хотела сказать, что нет. Никаких идей толком нет, но затем… Внезапно, росчерком молнии в сознании вспыхнуло то знание, к которому я уже пришла - сильному огню можно противопоставить только огонь! Исключительно огонь. Именно поэтому, когда горит степь, навстречу пожарищу отправляют созданную линию огня.

И я подняла вопросительный взгляд на Гаэр-аша. Почему-то была уверена, что поймет. Никто другой не понял бы, а он поймет. Должен понять.

И он понял.

Я не знаю, как и каким образом, но искра идеи, зародившаяся в моем сознании, перешла в его разум совершенно легко и естественно, пугающе легко и пугающе естественно. А следующим, что я ощутила, были сомнения.