Болезненные воспоминания стягивают, а ноги прекращают движение.

Стучусь в единственную дверь. Руки дрожат, словно я тяжести весь день таскала. Натягиваю улыбку, по-другому не получается.

– Разрешите? Я за Арс…

Останавливаюсь как вкопанная. Пульс запускает новый поток крови с дикой скоростью.

Мой сын сидит на диване и играет в какую-то игру… со своим отцом – Стасом Авериным.

Вмиг внутри все вскрывается, как нарыв. Подключается страх.

Последнее, что я хочу в своей жизни – чтобы Аверин узнал о сыне. Никогда, ни за что. Костьми лягу, но не позволю.

Наблюдаю за каждым его движением, даже как моргает. Медленно, словно мы не виделись со вчерашнего дня.

– Что ж вы, мамочка, так опаздываете? – говорит ровно и улыбается.

Он улыбается мне, черт возьми! Не так обворожительно, как раньше, но я не слепая и вижу, что нет и капли зла в этой его улыбке.

Не узнал? Забыл?

– Пробки, – сипло отвечаю. Голос выходит грубым.

Стас переводит взгляд на моего сына и подмигивает ему.

Сердце камнем летит вниз.

– Пора, Арсений. Доиграем в следующий раз. Мама ждет.

Сын соскакивает с дивана и бежит в раздевалку. Послушный какой.

Где-то там хлопает дверь, мы с моим прошлым остаемся один на один. Между нами метры, а я чувствую его аромат. Все тот же.

Волосы только чуть короче стали и вообще… Аверин повзрослел. Сколько ему сейчас? Двадцать семь?

И что он здесь, в Москве, делает? Мажор же уехал в Питер после случившегося. Там же через месяц женился. Больше я о нем ничего не слышала. Не хотела. Нельзя было.

Аверин смотрит на меня, но как-то нечитаемо. Как на обычную мамашку своих пацанов, с которыми занимается.

А потом мы соединяемся взглядами.

Мир рушится.

Он узнал меня. Не забыл.

– Больше не опаздывай, Саша. Никто после занятий не задерживается.

– Поняла. Стас.

Выхожу из тренерской, еле сдерживая крик. Он рвется изнутри потоком, а я зубы сомкнула, выхода не даю.

Моя реальность минуту назад изменилась.

Глава 2. Стас

Она. Саша Белинская. Та, из-за которой моя жизнь изменилась пять лет назад. Долбаную вечность назад.

У нее сын. Классный мальчишка. Арсением зовут, и он здорово играет в домино. Наверное, как я в его годы, по словам отца.

Когда за лисицей закрывается дверь, я выдыхаю весь воздух, что скопился под грудиной и беспощадно давил на все органы до сплющенного состояния."

"Лисица… Я не называл и не вспоминал это глупое прозвище слишком долго, чтобы сердце начало стучать по ребрам как ненормальное.

Телефон на столе оживает привычной мелодией, а я не двигаюсь с места. Прирос к неудобному дивану. Хотя еще утром он казался мне вполне себе комфортным, да и стоил целое состояние. Как хозяин этого клуба мог позволить хорошую мебель себе в тренерскую?

– Ася? Все хорошо? – спрашиваю жену.

Она звонит редко. Я бы сказал, очень редко.