Но Мара решила, что из-за этого расстраиваться не стоит: что может мужчина, а тем более студентик, понимать в женской моде?

Машина Джейма была припаркована на стоянке возле цирка. Мара восхищенно смотрела на маленькую желтую спортивную машинку: никогда раньше ей не приходилось ездить на такой. Когда она выразила свой восторг, Джейм спокойно объяснил:

— Это «штутц». Он только для небольших прогулок. Когда я пойду работать к отцу в контору, обязательно куплю себе что-нибудь посолиднее.

— В какую контору?

— Юридическую. Я буду адвокатом — если, конечно, сдам экзамен.

— Какой экзамен? — спросила Мара, и Джейм подробно объяснил ей, как сложно сдать экзамен на степень адвоката в Массачусетсе.

— Вы, наверное, ужасно умный?

— Не очень. Но я быстро все схватываю, — сказал он, улыбаясь.

Мара понимающе кивнула:

— Обо мне Джоко говорит то же самое — что я хваткая. Он тоже мог бы стать адвокатом, если бы захотел. Он учился в Оксфорде — это такой университет в Англии.

— Да, я знаю. А кто этот Джоко?

— Ну как же — Лорд Джоко, самый маленький из клоунов! Неужели вы о нем ничего не слышали? Он ведь очень знаменит.

— Клоун, который учился в Оксфорде и при этом еще и лорд?

Мара чувствовала, что Джейм ей не верит, и даже немножко обиделась:

— В Оксфорде он совершенно точно учился, что же касается того, лорд он или нет, мне кажется, это его личное дело.

— Ладно-ладно, я понимаю, — ответил Джейм и перевел разговор на клуб и на предстоящие танцы.

…Через полчаса он остановил машину подле огромного каменного здания. Мара удивленно рассматривала колонны и увитые плющом стены. Может, Джейм пошутил? Этот дом скорее похож на монастырь, чем на зал для танцев.

Сен-Клер вылез из машины и помог выйти Маре. Они обогнули здание и прошли в большой двор, откуда доносилась удивительно приятная музыка. На деревянном помосте танцевали парами девушки и молодые люди; вокруг были расставлены покрытые пластиком столы и крашенные белой краской железные стулья. Прелестную мелодию играл оркестр из пяти человек, расположившихся на эстраде. Единственное, что давало свет, — это гирлянды крошечных лампочек, которыми были увиты ветви деревьев.

— Волшебные огни, — благоговейно прошептала Мара, и Джейм не выдержал и расхохотался."

"Когда танец закончился, зажглись спрятанные в кустах фонари, и Мара смогла получше рассмотреть остальных девушек. Между ними всеми было что-то общее, несмотря на разный рост и цвет волос. Большинство были очень худенькие и далеко не все симпатичные, хотя наверняка в душе каждая считала себя раскрасавицей. Ни одна из них не пришла на танцы накрашенной, разве что со слегка подведенными помадой губами.