Первый час я мечусь по коридору, как загнанный зверь, потом просто съезжаю на пол по стене, закусив кулак до металлического привкуса крови во рту, и качаюсь из стороны в сторону, как сумасшедшая.

Я не знаю, сколько проходит времени, но врач выходит из реанимации серьезный и нахмуренный. Я вскакиваю на ноги, пытаясь на его лице отыскать хоть какой-то признак положительных эмоций.

– Рада Алексеевна, к сожалению, мне вас порадовать нечем…

Из меня резко как будто выкачивают весь кислород, и я просто падаю на пол, теряя сознание и проваливаясь в темноту.

Глава 20

Рада

Реальность возвращается в мое сознание с трудом. Вместе с ней появляются пульсирующая боль в затылке и висках и огромная дыра в груди.

– Оля, – хриплю, когда могу разглядеть силуэт медсестры, склонившейся надо мной, – где моя дочь?

– Она в реанимации…

– Она жива?! – подскакиваю на койке, вцепляясь в руку девушки мертвой хваткой. Она говорит правду?! Доктор ошибся?! Или я неправильно поняла?!

– Конечно!– с жаром отвечает медсестра, заботливо укладывая меня обратно. – Вы просто неправильно поняли врача, не дослушали. Насколько я знаю, ее состояние тяжелое, но стабильное. Сейчас она спит.

Я выдыхаю, давая волю слезам: они смывают весь ужас последних часов, даруя хоть временное, но облегчение.

– Я хочу увидеть дочь!

– Нет, лучше утром, – отвечает с порога доктор. Он оглядывает меня внимательно, проходит в палату и опускается на стул напротив. – Она спит, не надо ее тревожить, тем более, вам самой надо отдохнуть. Еще предстоит сложная борьба за ее жизнь и здоровье, и силы надо максимально беречь.

Киваю, ничего не произнося. Доктор прав.

– Рада Алексеевна, мне надо с вами серьезно поговорить, вы в состоянии меня выслушать?

– Да, да, конечно. Говорите, доктор.

– Анализы Оли показали, что ее состояние резко ухудшилось. Без пересадки не обойтись. И чем срочнее, тем лучше.

– Но…у нас нет донора…

– Это предоставьте мне. Я постараюсь решить вопрос по своим каналам. Ваша задача – собрать деньги и перевести их в клинику. Они согласны провести срочную операцию. Но стоить это будет дороже, чем озвучивалось вначале.

– Боже, конечно. Я готова! Все, что угодно, лишь бы это помогло моей дочери!

Но когда я вижу сумму, понимаю, что я – не Бог и не всесильна. Жизнь моей дочери стоит космических денег. И я совершенно не знаю, где мне их взять.

На следующий день я с самого утра начинаю очередной «забег» по банкам в поисках денег на пересадку для Оли, из-за чего здорово опаздываю в офис. Правда, мои попытки совершенно безуспешны.

– Наконец-то! – едва я вбегаю в кабинет, мне навстречу кидается взволнованная Лена.