— С тех пор, как в моем доме живет друг твоего детства, еды у нас полно. И она все продолжает прибывать. Васька ест сначала сыр с колбасой, а потом колбасу с сыром и чай пьет по шесть раз в день, только чтоб с колбасой и сыром.

Варвара засмеялась, а Таня раздраженно пожала плечами:

— Тебе смешно. Он уедет, а мы…

Варвара промолчала. Это был совсем другой разговор, трудный и бестолковый, и Варвара не могла сейчас его себе позволить."

"Может, он все-таки заберет их в Хьюстон?.. Ну бывает же так, что в один прекрасный день жизнь делает кульбит, «тройной тулуп», как оценивающе говорила бабушка Настя, когда смотрела по телевизору фигурное катание, и поворачивает в другую сторону! Варвара никогда не видела своими глазами таких кульбитов, но слышала, что они бывают.

Пусть «тройной тулуп», только в Хьюстоне!..

— Что мы ему скажем? — сама у себя спросила Таня сквозь зубы.

— Кому?

— Другу детства! Кому!..

— А что?

— Да ничего! Я ему сказала, что мы просто к бабушке съездим и вернемся! А мы ребенка там оставили! Мало того, что Вася орал как резаный, сейчас еще Димка начнет орать! У них на вечер шахматы запланированы! Или шашки, что ли!..

— Димка орать не станет. Я, по крайней мере, никогда не слышала, чтобы он орал, — заявила Варвара.

— Я тоже не слышала, но сегодня точно будет, — пообещала Таня, — у них с Васей… какое-то родство душ. — Она вдруг улыбнулась. — Мне даже кажется, что Вася на него похож. Это глупость, да?

— Да, — согласилась Варвара, и они замолчали.

Димка орать не стал, но очень строгим тоном потребовал от Тани объяснений.

— Вон у нее спроси, — показала Таня устало на Варвару, — сначала посмотри на нее, а потом спроси. Ты ел?

— Нет, — ответил Димка, рассматривая Варвару, — я решил ждать. Я ходил… в супермаркет и купил кейк.

— Торт, — подсказала Варвара.

— Не совсем торт, но… Что у тебя на лице? Синее?

— Догадайся, — предложила Варвара.

— Это у нее новый макияж! — из кухни крикнула зловредная Танька. — Называется «дед бил, баба била»! В этом сезоне последний писк!

— В сезоне? — переспросил растерянный Димка, снял очки и сунул нос почти в щеку Варваре. Она отодвинула его рукой.

— Димка, это синяк, — сказала она, — меня вчера поколотили, довольно сильно.

— Как… поколотили?

Варвара поймала себя на том, что еще чуть-чуть, и она скажет, что Димка непонятлив, как все американские ковбои. Или скотоводы.

— Дим, я не знаю — как. Я шла домой, думала о том, что сейчас сосед мне новый замок врежет, и тут сзади остановилась машина, я ее и не видела, машину-то! Из нее кто-то выскочил, залепил мне рот клейкой лентой, связал руки и…

Дышать стало тяжело и больно. В ребра — с правой стороны — толкнулась боль.