Хорошие сальники сделать мне не удалось, вода все равно проникала внутрь дейдвудной трубы, поэтому решил проблему так, как и должен был решать с самого начала, сделал отвод просочившейся за первый сальник воды через дополнительный канал прямо внутрь судна. Уж пару ведер за день как-нибудь и руками наружу выльют.

Естественно пустить на самотек постройку такого корабля я не мог, и взял себе за правило периодически навещать верфь и справляться о том какие трудности возникли во время строительства. Проблем как всегда хватало, то там накосячили, то тут закривили не туда, и с каждым таким случаем у меня уходило сердце в пятки. Но дело двигалось, причем двигалось гораздо быстрее, чем я себе представлял. Единственно, что было плохо, это отсутствие на корабле большого трюма, все в каких-то клетушках, вот где будем грузы размещать? Однако Михайло на подобные вопросы лишь ухмылялся в бороду:

— Не боись, — отвечал он мне, — хороший коч будет, две тыщи пудов по-всякому разместим.

Две тысячи пудов, это же больше тридцати тонн, да он утопнет сразу. Не поверил, взял свою фирменную линейку и пошел обмерять корпус, чтобы высчитать водоизмещение. Все обмерил и подсчитал, получилось, что грузоподъемность должна быть…, на четверть больше даже при самых скромных расчетах. Мучился недели две, все ошибку искал, но так и не нашел. Пошел на поклон к Григорию, он меня внимательно выслушал, попытался вникнуть в мои расчеты и, ничего не поняв, просто послал меня… э…, отдыхать и не мешать работать и только потом в спину бросил, что еще нужно учесть вес балласта. Твою ж, тудыть, налево! Самым умным себя считал, а тут раз, и посадили в лужу мимоходом. Это речные суда с плоским дном без балласта ходят, а морские под парусом, без балласта никуда."

"До выхода в путь еще целый месяц. А сейчас мы на реке учимся да выявляем недостатки, и, кстати, как неприятно мне это сознавать выявилось их много больше, чем я мог предполагать, первое время почти каждый день были вынуждены возвращаться на стоянку из-за течей. Михайло говорит, что всякий новый корабль проходит такой путь становления, но я с этим не согласен, каждая течь, это чье-то упущение, хотя чего я хотел, у Григория это первый большой корабль, сделанный самостоятельно, естественно опыта у его работников никакого.

Кстати, насчет опыта, когда корабль только заложили, а размеры его киля уже говорили сами за себя, то местные корабелы не выдержали и стали периодически навещать своего молодого коллегу. Ну, а раз коллега молодой, то по определению его надо поучить, как на самом деле строятся корабли. Жалко мне было Кашина в тот момент, но помочь я ему ничем не мог, хорошо хоть за меня не брались.