Потом подошла к одному из аппаратов и нажала кнопку включения-выключения. Ничего не произошло. Она нагнулась и заглянула под стол. И тут выяснилось, что оба аппарата просто не были подключены к сети. Пришлось забраться под стол, чтобы воткнуть штепсель в розетку. Вылезая, она стукнулась головой и ругнулась. Потом подошла к коробкам с микроформами, разложенными на этажерке по годам.

Она рассчитывала, что нужная статья найдется среди материалов 2011–2012 годов. Материал 2013–2014 годов был уже оцифрован. И потом, надо же было с чего-то начинать. Если это ничего не даст, придется перерыть более ранние записи.

Спустя час она все-таки заглянула в 2010 год. Двигая первую форму под стеклом, она то приближала, то отдаляла изображение, перебирая статьи и фотографии, плывущие по экрану.

Ее прошиб пот. Здесь были собраны все ее снимки. И она почувствовала, как постепенно на экране собирается зло.

Вдруг она остановила бег кадров и вернулась немного назад. Вглядываясь в экран над стеклами очков, она застыла на месте. Вот! «Бесполезные законы ослабляют законы необходимые, считает генерал Тибо Доннадье де Риб. Интервью с человеком, у которого слово «правосудие» не сходит с языка».

Генерал Тибо Доннадье де Риб…

* * *Сверив дату, Эстер нашла на стеллаже нужную газету и расправила пожелтевшие, высохшие страницы на деревянном столе. Теперь она все вспомнила, до малейших деталей. И снова увидела высокого военного с невероятно синими глазами, которые пронизывали насквозь. От этого человека исходила несокрушимая властная харизма. Интервью она брала в рамках галереи портретов активных участников общественной жизни: художников, политиков, исследователей и просто интересных людей…

– Генерал, вы заявляете, что настало время призвать армию, чтобы положить конец власти пришлых князьков в городах. А вы не перегибаете палку?"

"– Давайте говорить ясно. Только сила способна заставить насилие отступить. Речь идет о войне. О войне против нашей нации, против нашей цивилизации. Между князьками и исламистами существует негласный альянс. Это известно всем. И нельзя больше закрывать на это глаза. Проблему разрешит не идеология, а прагматизм и воля. Пришла пора действовать. Это вопрос выживания и одновременно вопрос справедливости.

[…]

– Но разве вас не удерживает долг осмотрительности и осторожности?

– Настает момент, когда молчание становится равно предательству. В условиях примиренческого правосудия, беспомощной политической власти и местных избранников, которые, по мнению многих, компрометируют себя, якшаясь с врагами демократии ради успешных выборов, нам нужны мужественные люди. Иначе нам не победить. Надо действовать смело, определить ясную стратегию и восстановить правосудие.