Отец обрюхатил служанку, когда матушка носила Иена. Она здорово разозлилась на отца, но и слова не сказала матери Тэма.

– К счастью, у нашего папаши не было бастардов, – заметил лэрд. – Ма была женщиной строгой. Ох и досталось бы мне от нее за такое обращение с Адэр, когда та впервые появилась в Клайте!

– А по-моему, она бы еще больше рассердилась на Адэр, за то, что та отказывалась выйти за тебя, – рассмеялся Дункан. – А вот и эта коварная особа пришла попрощаться с нами. Доброе утро, мадам!

Адэр постаралась хорошенько накормить отъезжающих. Одному Господу известно, когда им доведется сытно поесть!

Зал опустел, и остался лишь один Конал. Адэр сунула ему хлеба и сыра.

– Береги себя, дорогой, и возвращайся ко мне живым и невредимым. Нам еще нужен сын для Клайта!

– У нас будет сын! – пообещал Конал. – Вся эта история не займет много времени. Битва будет яростной, но короткой. И у нас еще будет впереди несколько летних недель.

Они вместе вышли во двор, где мужчины садились на коней. Среди них был и молодой Мердок, уставший и явно невыспавшийся. Адэр поправила красный тартан Конала и почистила рукавом серебряную бляху, родовой знак клана. Конал вскочил в седло, наклонился, поцеловал жену и, – >77 собрав поводья, поднял руку, что послужило знаком к отъезду. Только потом он оглянулся на Адэр, и она в ответ махнула рукой и еще долго стояла в воротах, глядя вслед удалявшемуся отряду.

Когда улеглась пыль, поднятая конскими копытами, Адэр со вздохом приказала закрыть ворота и ушла в зал помогать женщинам убирать остатки завтрака.

Следующие несколько недель Бейст повсюду следовал за ней, не выпуская госпожу из поля зрения. Мало того, устраивался по ночам в ее спальне, словно понимая, что, пока хозяина нет дома, его обязанность – охранять Адэр.

Вся округа неожиданно опустела, словно люди чего-то ожидали. Много дней они не видели ни одной живой души, хотя оставшиеся мужчины день и ночь следили, не появится ли кто, опасаясь, внезапного нападения.

Адэр ела на кухне вместе с Элсбет и остальными и целыми днями возилась в огородах. Травы, лекарственные и кулинарные, теперь росли не по дням, а по часам. Кроме того, она сумела возродить цветник, ранее принадлежавший прежней хозяйке. Время тянулось на удивление медленно, и однажды стражник, стоявший на самом верху, крикнул, что к Клайту приближается всадник.

Когда незнакомец уже был у ворот, во двор вышла Адэр.

– Не открывайте, пока мы не узнаем, кто это, – велела она.

– На нем плед Хепбернов, – возразил страж. Второй, дежуривший у ворот, открыл маленькое смотровое оконце и, выглянув, строго спросил:

– Кто ты и зачем явился?

– Херкьюлез Хепберн, с посланием от моего хозяина к госпоже Клайта.

– Откройте ворота и впустите его, – бросила Адэр.