Он только ухмыльнулся еще шире.

— Удачи тебе заставить кого-нибудь поверить в это.

— Но это правда, — упрямо возразила я.

— Да, и правда имеет мало общего с тем, во что верят люди. Теперь откинь немного голову назад, — проинструктировал он.

Я последовала его указанию только потому, что ему, похоже, удалось остановить кровотечение, и было не так уж много способов сопротивляться его сильной хватке.

Кейден намочил салфетку под краном и вытер запекшуюся кровь с моих губ."

"— Да, тут ты прав. Я говорю тебе правду о той статье, и все же ты мне не веришь. Правда действительно бессмысленна, важно только то, во предпочитают верить люди, — побеждено прошептала я. Кейден замер.

Его глаза встретились с моими.

— Я бы уважал тебя больше, если бы ты просто призналась во всем, Жучок. Сознайся, и, возможно, правда освободит тебя, — пробормотал он.

Его слова вывели меня из себя. Я выхватила салфетку из его руки — нежное прикосновение противоречило его жестоким словам — и отдернула лицо.

— И что же мне это даст?

— Как только грешник исповедался, он может покаяться… — Кейден провел пальцем по моему подбородку, стирая с кожи каплю крови. — Я мог бы проявить изобретательность в методах покаяния, и все неприятности в школе прекратились бы.

Я встретилась с ним взглядом в зеркале, мое сердце бешено колотилось. Собрав все свое мужество, я покачала головой.

— Я не стану лгать, чтобы облегчить себе жизнь. Я никому ничего не рассказывала и не буду притворяться в обратном. Однажды ты поймешь, что наказал не того человека. — Я выбросила пропитанные кровью бумажные полотенца и повернулась к нему. — Мне бы хотелось думать, что ты почувствуешь стыд, когда узнаешь, что то, что ты сделал со мной, было основано на ложных предположениях, но я не уверена, что ты способен на это.

Затем я обошла его и вышла из туалета с высоко поднятой головой. Всю дорогу я чувствовала на себе взгляд Кейдена.

28. Кейден

— То есть, по ней же видно, что она ненормальная. О, Боже, не могу поверить, что она действительно пришла сюда на обед! Я бы ушла домой, мне было бы слишком стыдно.

Чертовски раздражающий голос Селены действовал мне на нервы. Я не понимал, почему мы должны терпеть ее или ее прихлебательниц за обедом. Я был взбешен этим. Сегодня меня раздражало все. Благодаря сплетням о Лили на этой неделе, слухи обо мне почти полностью утихли.

Я должен был чувствовать облегчение.

Я не чувствовал.

Я бросил злобный взгляд на Селену, когда она встала, чтобы получше рассмотреть объект своих пыток.

Лили вошла в кафетерий, Ева шла рядом с ней. Водопад рыжих волос скрывал от меня ее лицо. Если бы я увидел, что она снова плакала, я бы, блядь, сорвался прямо сейчас. Тем утром в раздевалке и так было достаточно плохо.