Эти тихие слова прорвались сквозь мою обиду и злость на него, задев так, как не удавалось ни одной из его жестких тактик.

— Я лучше умру. — Это грубое признание, казалось, тяжело далось ему; его челюсть сжалась от боли.

— Я не испытываю к тебе ненависти, — выпалила я.

Он вздрогнул, как будто ожидал, что я скажу что-то другое, а затем его глаза с недоверием уставились на меня.

— Я боялась, что ты причинишь вред моей семье, — продолжила я.

Легкая уязвимость, которую он демонстрировал, исчезла, и его маска вернулась на место.

— Да, это правильно. Теперь ты убедилась, верно? Что еще ждать от такого парня, как я?

Его слова были полны отвращения к самому себе, и мне было неприятно их слышать.

Я медленно покачала головой.

— Это ты только что гнался за мной по льду. Это ты запугиваешь меня, чтобы я подчинилась. Почему ты пытаешься быть плохим парнем?

— Я не знаю, как быть кем-то другим.

— Правда? Кажется, ты прекрасно ладишь с другими Ледяными Богами. Это я должна спросить тебя, почему ты так сильно меня ненавидишь? — повторила я его вопрос.

— Я не ненавижу тебя, Лили. На самом деле, я чертовски далек от ненависти к тебе, — серьезно сказал он.

Что-то в его интонации разожгло во мне жар иного рода.

— Я не ненавижу тебя с момента нашей встречи.

— Но ты угрожал мне! Ты пытался напугать меня.

— Потому что ты слишком много видела.… Я не хотел смотреть на тебя, зная это. — Его губы горько скривились. — Но потом ты все равно пошла и выяснила остальное. Признайся, ты никогда не боялась меня так сильно. Не так, как сейчас.

Я не знала, что на это ответить. Как я могла сказать ему, что он был прав, что я не боялась его тогда? Но была ли я напугана сейчас? Нет.

Я не знала почему, но на самом деле мне было совсем не страшно. Все, что я знала, — это то, что меня тянет к нему. Я не могла держаться на расстоянии. Рядом с ним ничто не казалось нормальным.

— Ты прав. Я никогда по-настоящему не боялась тебя, Кейден. И я все еще не боюсь тебя.

Он дернулся, как будто я дала ему пощечину. Его брови сошлись на переносице, и он наклонился, чтобы наша разница в росте не была такой существенной. Вода стекала по его золотистой коже, застревала на длинных темных ресницах и падала на полные, чувственные губы. Он был прекрасен.

— Значит, теперь это не страх, а жалость — ты это хочешь сказать мне?

В его низком тоне звучало предупреждение, но я не была способна услышать его прямо сейчас.

Я фыркнула, от чего вода попала мне в нос.

— К черту жалость. Тебе не нужна она. У тебя есть все, что нужно, чтобы изменить свою жизнь, и ты это делаешь. С чего бы мне жалеть тебя?

Казалось, это застало его врасплох, и он не знал, как реагировать на мои слова. Кейден подошел ближе.

Он обхватил мое лицо ладонями и провел большими пальцами по щекам.