Хоть я и стараюсь изо всех сил раздобрить Дмитрия, но ничего не получается, а Валька, словно нарочно, подливает масло в огонь, пару раз подходит, чтобы спросить у меня совета по размещению продуктов в кладовке. Нет, он это точно делает специально. И я понимаю, что разговора нам не избежать. Чем быстрее он случится, тем лучше.

- Простите, я оставлю вас на пару минут. Пока доедайте, а потом поедем гулять.

Сердце колотится. Это я ещё Дмитрия не отчитала за то, что катается в таком состоянии. Ещё и за рулём наверняка. Глупый человек! Совсем не думает о дочери! И как ему втолковать, что лучше он своим поведением точно никому не сделает, а вот хуже – да!

Вхожу в помещение для сотрудников и тут же лечу к Валентину.

Парень даже чуть коробки из рук не роняет. Его щёки покрываются румянцем.

- Эмма, ты пришла попрощаться?

- Вроде того… Что ты устроил, Валь? У меня и так босс строгий очень, а ещё твои эти навязывания, иначе не назвать. Ты же прекрасно знаешь, как и что здесь лучше располагать.

- Прости. Просто этот твой босс слишком многое на себя взял. Знаешь, у альфачей есть свои, особенные, взгляды. Я это изучал раньше.

Худые руки парня трясутся.

Он ставит коробку и улыбается, чуть вздёргивая свой заострённый нос. Валя милый, мне особенно нравились его тёмные кудряшки, небрежно разбросанные по голове, а серые глаза настолько чистые… и всё-таки. Он всегда был только другом, им и останется, если сможет.

- В альфачи заделался?

- Не я. Он первый объявил войну, а я лишь показал ему, что всё понял и принял правила. Вот и всё. Чтобы не имел на тебя никаких видов. Я же знаю, что ты никогда не посмотришь на безмозглый мешок с деньгами, тем более у тебя…

- И ты тоже никаких не имей! Валя, мы друзья! И мне все эти ваши инстинкты альфачей даром не сдались! Я с ребёнком время провожу.

Я на работе. Не надо вставлять мне палки в колёса. И если ты приходишь помогать папе, рассчитывая, что у нас с тобой есть шанс, то лучше сейчас остудить пыл. Я люблю тебя, как друга, но никогда не смогу воспринимать иначе. Ты родной человек, а я слишком прямолинейна, и я не могу позволить себе мучить тебя. Уж лучше будет возненавидеть меня, чем рассчитывать, а потом оказаться на осколках надежд.

Валентин поджимает губы, кивает. Всполох обиды в его взгляде говорит красноречивее множества слов.

Ну а что поделаешь? Я не умею обманывать. Потом хуже ведь будет. Лучше поставить точку прямо сейчас.

Проходя мимо папы, я говорю, что мы уже уходим, и прошу приглядеть за Валентином. Не скрываю, что у нас состоялся обстоятельный разговор.

- Да я говорил ему сто раз, что ничего ему не светит, а он так с улыбкой, мол, не ждёт. В общем, ты не переживай, Эмма, я пригляжу за ним. Пацан толковый. Всё нормально будет. Переживёт свою первую любовную неудачу и двинется дальше.