Брат полагал, что я прислушаюсь к его словам и отпущу Эмму. И всё-таки покоя не даёт мысль, что он перебрался в дом именно из-за неё.

- Влад, она ещё молодая девчонка, ей двадцать два года только. Не следует ломать её. Ладно?

- А я старик, да? Мне двадцать пять, вообще-то, если ты не помнишь, так что я вполне себе подхожу твоей «маме», - брат рисует завуалированные кавычки в воздухе и подмигивает мне.

- Не вздумай, Влад…

- А чего ты так обеспокоился? Только не говори, что сам на неё глаз положил, потому и откликнулся на просьбу дочери купить ей мамочку. Знаешь, я ведь даже такими темпами расчувствуюсь.

- Я ни на кого ничего не ложил. Мне не хочется опаздывать на работу, поэтому я поеду. Очень рассчитываю на твоё благоразумие, брат.

Влад ухмыляется, буркает себе под нос:

- Кто бы ещё говорил о благоразумии.

И уходит. Стою несколько секунд, думая, что не успел обсудить условия нахождения Эммы в доме. Я и о договоре с ней не подумал. Опасно оставлять её в доме, но придётся рассчитывать на её отца, ведь он хороший человек и говорил, что его дочь неспособна обидеть ребёнка.

Прикрываю глаза на несколько секунд. Почему-то в последнее время перед ними часто летают мушки, да и общая слабость не оставляет меня. Не высыпаюсь, или проблема скрывается гораздо глубже?

Да какая разница? Всё равно времени ходить по больницам у меня нет, а скоро уже начнётся мой рабочий день, и я опоздаю на совещание, если не потороплюсь. Как только вернусь, решу вопрос с Эммой, а пока…

Возвращаюсь к столу, забираю книгу «Двенадцать месяцев». Она тонкая, несмотря на то что шрифт крупный и множество ярких иллюстраций. Надеюсь, дочери понравится. Может, даже, наконец, захочет поучиться читать самостоятельно? Я не давил на неё, но скоро придётся идти в школу, а там нужна хоть какая-то подготовка. Сколько всего накопилось! Плохой я отец, что не могу позаботиться о собственном ребёнке.

- Полина, доброе утро. Прекрасно, что вы мне попались сейчас. Возьмите книгу. Берегите её, как зеницу ока. Передайте Алисе, как только она проснётся. Она очень ждёт её.

- Доброе утро, Дмитрий Евгеньевич, - Полина млеет, принимая книгу, хлопает ресничками в попытке строить мне глазки, но я такое поведение сразу пресекаю: с каменным выражением лица прохожу мимо.

Никогда не крутил романы с подчинёнными.

Ухмыляюсь собственным мыслям.

Если честно, то после Евы мне и на женщин других смотреть не хотелось, что уж говорить о подчинённых, на которых всегда стояло строгое табу?..

Глава 6. Эмма

Комнату мне выделили удобную, кровать в ней огромная и такая идеальная. Я не люблю слишком мягкое или твёрдое. Мне до безумия нравится, когда жёсткости у матраса в меру, и этот… ммм. Потягиваюсь, смотрю в окно. Редкие снежинки медленно оседают на уже плотное снежное покрывало.