– Люда, ты не переживай, готовить ничего не нужно, – предварил мои возмущения отец. – И убирать тоже. Наймем людей, они все сделают.

Мама незаметно вздохнула, а я недоверчиво усмехнулась. Как же, помню я подобные обещания. Свежо предание…

– Чего загрустили, девчонки? – спросил отец, и его лицо озарила одна из тех обаятельных улыбок, которую он приберегал для особых случаев. Вот как у него получается?

Я смотрела на постаревшее, но все еще красивое лицо и понимала, почему мама простила отца. Когда он так улыбается, можно простить все, что угодно. Правда, я не мама. И так быстро забыть о произошедшем не смогу.

– Дашка, выше нос, вот увидишь, скоро мы и на твоей свадьбе погуляем, – не унимался папенька. – Уверен, Клим своего не упустит.

Вот уж не сомневаюсь! Игнатов был сыном папиного начальника и отличался той же упертостью, что и его родитель. Когда мы учились в универе, он преследовал меня с настойчивостью танка, и я от его ухаживаний еле отбилась, не хватало еще опять все по новой начинать.

– Не нужен мне никакой Клим.

Я твердо посмотрела на отца. Если сразу не пресечь его энтузиазм, то через пару недель он уже свадебное платье для меня закажет, а Игнатов-старший поездку в Париж организует.

– Даш, он хороший мальчик, – неожиданно поддержала отца мамуля. – И давно в тебя влюблен. Попробуй к нему присмотреться.

Да что ж такое-то? Почему родители постоянно пытаются вмешаться в мою жизнь? Раньше папа все время за кого-нибудь из сыновей своих знакомых сватал, теперь и мама готова его поддержать.

– Что, хотите побыстрее от меня избавиться? – с иронией посмотрела на родителей, пытаясь сдержать бурлящий внутри гнев. Правда, сделать это оказалось сложно.

В душе поднималась тяжелая душная волна, она росла, ширилась, грозя снести все преграды и выплеснуться наружу, и я забеспокоилась. Никогда раньше не испытывала ничего похожего. Казалось, еще немного, и меня просто разорвет от этой странной силы. И средний палец левой руки неожиданно что-то сжало, так, будто там до сих пор было то самое кольцо, что я видела во сне.

– Дочь, с тобой все хорошо? – забеспокоилась мамуля.

Нет. Со мной все нехорошо. И если я сейчас же не уйду, то наверняка потом об этом пожалею.

– Здесь душно, пойду воздухом подышу.

Я поспешно поднялась из-за стола. Луфи тут же оказался рядом.

– Заодно и собаку выгуляю. Да, Луфяша?

Пес одобрительно гавкнул, преданно глядя мне в глаза.

Родители озабоченно переглянулись, но возражать не стали. Только когда я уже выходила из комнаты, до меня донесся тихий вопрос папы:

– Люда, ты уверена, что с Дашкой все нормально?

– Дай ей время, Стасик. Просто нашей дочери нужно привыкнуть к переменам. Ты же знаешь, какая она ранимая, и как близко к сердцу принимает происходящее вокруг.