В то же время и члены моего экипажа начали проникаться китайской культурой и, как следствие, каждый день обтираться влажными полотенцами. Так понимаю, Китай производил на них такое же впечатление, как Западная Европа на русских в конце двадцатого века. Казалось, что там все прекрасно, а дома наоборот. Только со временем начинаешь понимать, что это тихое прозябание умирающего, сладкий аромат гниения. Скоро в Китай вломятся варвары-западноевропейцы и на много лет завоюют его, как через триста лет к ним самим, одряхлевшим к тому времени, вломятся варвары-арабы и сделают то же самое. А потом к арабам придут китайцы…

В середине ноября прискакал гонец с приказом двигаться к Пекину, где собирается армия, чтобы отправиться в поход. По сведениям разведки правитель Джунгарии Галдан-Бошогту собирается прорваться к Тибету и поднять там восстание. Поведет армию из столицы сам Сын Солнца. Вторая армия будет сформирована в Маньчжурии и присоединится к нам уже на вражеской территории.

Потратив неделю на сборы, мы двинулись в путь. Дороги рядом с Пекином в хорошем состоянии. Через каждые примерно двадцать пять километров находится почтовая станция. Может быть, такое расстояние между станциями, которое торговый караван проходит за день, разошлось отсюда по всему миру вместе с китайским шелком, а может быть, пришло сюда, как и в Европу, из Междуречья. В деревнях, через которые мы проходили, все население вываливало из дворов и молча пялилось на нас. Возле некоторых домов стояли низкие широкогорлые кувшины, чтобы любой прохожий мог справить в них нужду. Поля требуют удобрений, а скота мало, поэтому используют то, что производят люди. В городах Донбасса те, кто жил в своих домах, осенью тоже перекапывали огороды и заливали в междурядья удобрения из выгребной ямы. Добирались мы до Пекина четыре дня. В будущем на скоростном поезде я доезжал за двадцать пять минут.

В столицу нас не пустили. Приказали пройти километров двенадцать по дороге, ведущей на северо-запад, где и расположиться на холмах, поросших низким кустарником. Мои солдаты первым делом извели весь кустарник, чтобы не мешал, и заодно обеспечили себя топливом для костров. Стояли там шесть дней. Затем двинулись дальше двумя колоннами. Как мне сказали, с этой стороны идет около полумиллиона солдат и еще тысяч триста наступают со стороны Маньчжурии. Это при том, что у врага от силы тысяч пятьдесят, причем количество постоянно сокращается из-за предательства ханов. Пять лет назад превосходящая в пять раз китайская армия так и не смогла в четырехдневной битве справиться с монголами под командованием Галдана-Бошогту, который превосходно использовал огнестрельное оружие и особенно пушки.