Мне надо, чтобы раньше этого срока не узнали, что я отправился не в Испанию, а на северо-запад. Поэтому пусть галера постоит здесь. Моя безопасность стоит полутора сотен ливров за аренду судна на неделю.

На следующее утро я со слугой отправился в Париж, а потом в Динан. Во Франции все дороги идут через столицу, даже если она не по пути. Вполне возможно, что нам встретится курьер, везущий приказ о моем аресте, но, надеюсь, никому не придет в голову искать именно здесь Александра де Кофлана, виконта де Донж. Тем более, с документами на имя русского капитана, служащего в его полку.

3

Мой тесть Матье де Кофлан очень удивился, увидев меня. До него уже дошло известие о поражении французского флота, но он надеялся, что я не вернусь в сухопутную армию. Я объяснил, что не собираюсь отнимать у него командование полком, после чего тесть перестал печалиться по поводу разгрома французского флота. Поражение не ограничилось лишь сожжением трех линейных кораблей и двух фрегатов в Шербуре. Возле селения Сент-Васт-ла-Хог было уничтожено англичанами еще двенадцать линкоров и множество более мелких судов, количество которых даже не сочли нужным сообщить, как будто сгорели ненужные, пересушенные дрова. Вы поверите, но потерявший большую часть флота адмирал Анн-Илларион де Костентин, граф де Турвиль, был назначен героем и почти победителем. Король Франции даже, немного по-своему, повторил слова своего турецкого коллеги, потерявшего флот под Лепанто: «Счастье, что де Турвиль спасся, а корабли построим новые!» — и произвел горе-флотоводца в маршалы. Наверное, искупал вину за свой дурацкий приказ. Для чего была запущена еще и утка, что адмиралу просто не успели довести до сведения новый королевский приказ, разрешавший уклониться от сражения с превосходящими силами противника. Поэтому во Франции так много маршалов.

О моей дуэли в Динане ничего не знали. Тестя поразило не то, что я проткнул кого-то на дуэли — с кем не бывает?! — а то, что я сделал это с племянником адмирала. По мнению Матье де Кофлана, это то же самое, что и дуэль с самим адмиралом.

— Так он умер? — спросил тесть.

— Понятия не имею, — ответил я. — Как ты понимаешь, я не стал ждать ответ на этот вопрос. Поживу где-нибудь за пределами Франции, пока ситуация не прояснится, чтобы не попасть под горячую руку. Завтра выделишь роту, чтобы проводили меня до вражеской территории. Оттуда поеду в Голландию или Англию. Если племянник умер, придется пробыть там, как минимум, до конца войны, а то и до смерти короля. Так что тебе надо будет помогать Мари-Луизе, потому что она одна со всеми делами не справится.

И я перечислил ему, что, когда и как делать. Понимал, что, скорее всего, не вернусь во Францию, но жалко будет, если разбазарят нажитое непосильным трудом.