Правда, после того как она побывала на моих семинарах, у нее откуда-то взялись писательские амбиции… Видимо, она уверилась в справедливости поговорки «Не боги горшки обжигают». Но эти амбиции произрастают из фантастических, оторванных от реальности представлений о нашем литературном мире. Да и о себе самой. Наташа уверена, что в любую минуту может сесть и написать выдающуюся книгу, которую издательство оторвет с руками. Ну это не только ее заблуждение, многие так полагают. Но обычно с возрастом приходит критическое отношение к себе. Не знаю, что пришло к Наташе.

И после нашего последнего разговора нет никакого желания узнавать.

Глава четвертая

На следующее утро позвонила Татьяна. Наташа почти не удивилась ее звонку. Подсознательно она ждала, что Федосеевы еще проявятся. И сама не могла их отпустить. Полночи промаялась, крутила в голове, как сказать Федосеевой, что обманули ее не мошенники, а кто-то из своих. Так и не придумала.

Встала, естественно, опухшая."

"К своему лицу за тридцать шесть лет она худо-бедно привыкла. Хотя все равно иногда наваливалось удивление. Внутри себя Наташа была тоненькая, скуластая, почему-то с раскосыми глазами и темными индейскими косами.

А в зеркало посмотришь – белесая плюшка. Носик пуговкой, глазки невнятно-голубые: и от незабудок далеко, и от морской волны. Надо лбом – кудряшки. И не золотые, и не медные, а тоже какие-то невнятные. Белобрысая, одним словом. Когда-то Наташа с помощью парикмахерши из дворового салона красилась в благородный каштан. Краску обеспечивала Наташа. А парикмахерша обеспечивала ровное нанесение и безостановочную болтовню. За два часа Наташа узнавала столько о ее ереванской родне, что выходила с чувством, будто ей насильно показали «Игру армянских престолов». К тому же – что греха таить – мастер так щедро осыпала ее комплиментами, что Наташа расцветала. Приятно быть нежной розой, красоточкой, белокурой ласточкой и звездой.

Однако через год ласточка стала замечать, что за комплименты платит все больше, а кудрей остается все меньше. Когда сквозь благородный каштан начал просвечивать ласточкин череп, Наташа перепугалась и бросила краситься. За год волосы отросли и загустели.

Пришлось привыкать к своему родному цвету.

Наташа проводила детей в школу. И тут зазвонил телефон.

– Наталья Леонидовна, вы занимаетесь с детьми? – огорошила ее Татьяна. – Моему старшему тринадцать, он тоже хочет рисовать. Может, вы проведете несколько уроков с ним лично? Гриша – хороший мальчик, спокойный, с ним не будет хлопот…

Наташа в первую секунду решила, что таким образом Татьяна пытается расплатиться за ее вчерашний визит. Но на словах «хороший мальчик» голос в трубке зазвучал умоляюще.