Она выронила из рук бокал вина, и тот с треском упал на мраморный пол, разлетаясь на мелкие осколки.

Мужчина, которого толкнули вскочил и яростно прокричал:

— Дуэль!

Он осмотрелся, встретился взглядом с толкнувшим его и сразу поник. А затем его тон резко изменился на виноватый:

— Прошу прощения, Ваша Светлость! Видимо, я оступился.

— Ничего страшного, — улыбается Свиридов, которому и принадлежит это поместье.

— Позвольте мне уладить недоразумение.

— Ох, не стоит. Пойдемте лучше выпьем чего-нибудь, — говорит Свиридов и уводит аристократа в другой конец зала.

— Вот невежды, — фыркнула княжна, и в тот же миг рядом с ней оказался другой официант и предложил шампанского.

Она взяла полный бокал и сделала большой глоток.

— Культура в этих местах явно оставляет желать лучшего, — произносит она, а затем замечает мой взгляд. — Дмитрий Алексеевич, а вы куда смотрите?

Я глядел на мраморный пол, на котором пенилось разлитое княжной вино.

— Да вот думаю, прожжет мрамор или нет, — отвечаю я.

— Это как? — недоумевает она и тоже наблюдает за странным химическим процессом, что происходит на полу.

А затем она поднимает на меня взгляд широко распахнутых глаз.

Наталья кивает на мою руку с полным бокалом красного вина, и я делаю глоток.

— Весь вечер меня пичкают ядами и всё не дождутся, пока я откинусь. Но, как видите, я живой, — усмехаюсь я, а стоящий рядом официант нервно вздрагивает.

— Наверное, яд слабый — не понятно было шутит она или на полном серьезе это говорит.

Хотя если задуматься… Убийства ядом или вообще убийства на таких приемах — это обычная вещь, которая случается слишком часто.

— Попробуйте сами, если не верите, — киваю на поднос с бокалами.

— Хм, где вы артефакт прячете? Не думаю, что наследника престола пытались бы убить чем-то слабым.

И тут я был с ней абсолютно согласен. Меня хотели отравить наверняка, из-за чего вино приобретало новый вкус. Последние пять бокалов вкус не менялся, только увеличивалась доза. Не удивлюсь, если последний бокал, и вовсе, наполнят одним лишь ядом.

— Нет у меня артефакта, княжна.

— Слабо верится, что такое возможно.

Не хотелось вдаваться в подробности, поэтому я ловко переменил тему.

— Хотите посмеяться? — предлагаю я.

— А давайте, — улыбается княжна.

Я резко хватаюсь за грудь и начинаю кашлять. Нахожу взглядом графа Чернышова, киваю, и Наталья тоже смотрит в его сторону. Борис Владиславович расплылся в радостной улыбке.

Выпрямляюсь и говорю:

— Ух! Простыл, наверное.

После этих слов улыбка с лица графа исчезает, и он отворачивается. А княжна смеется.

Реакция Графа позабавила.

— А вы умеете развеять обстановку, — произносит она и отпивает маленький глоток шампанского.