— Молодец! Передай Вороновым от меня послание, — канцлер протянул ему запечатанный конверт без подписи и печати. — И позови мне Сергея.

— Сию минуту, — ответил мужчина и вышел из кабинета.

Через пять минут его сменил Сергей Петрович — другой сотрудник службы безопасности, верный только одному Разумовскому.

— Как обстоят дела с особыми поручениями? — спросил у него канцлер.

— Все идет по плану. Какие-то дела окончены, какие-то ожидают завершения.

— Какие готовы?

— Отравление, несчастный случай на тренировке, авария при поездке в город.

— Какие варианты по отравлению?

— У нас в ассортименте есть все доступные сильнодействующие яды магического происхождения.

— Отлично! Давай яд Василиска — будем действовать наверняка.

Тем более, это достаточно редкая вещь, чтобы кто-то сразу сообразил, что именно произошло с цесаревичем.

— Каким образом это сделать?

— А это придумайте сами, но так, чтобы он точно его выпил, — строго ответил Разумовский.

— У нас есть вариант, — кивнул Сергей.

— Действуйте!

Сергей покинул кабинет, а Виктору Степановичу пришло третье уведомление. Мальчишка отменил еще один из его приказов, из которого канцлер тоже намеревался извлечь выгоду для своего рода.

Так… Вороновым Разумовский написал, что Дмитрий Романов очень сильно мешает Григорию, значит, пусть действуют усиленно. А канцлер им поможет — отравит младшего наследника.

Глава 19

Пауль Мюллер сидел в своем офисе, который занимал целый, принадлежащий ему, этаж. Банда криминального авторитета Германской империи занималась всем, чем можно: от продажи запрещенных зелий до торговли оружием и людьми.

Глава банды изучал предложения новых поставщиков и решал, с кем в дальнейшем стоит сотрудничать. За последний год обороты выросли, и пора было расширять ассортимент незаконных товаров.

Внезапно за дверью он услышал крики. Это был голос сына — его гордости. Пауль с детства учил его держать слово, быть жестоким, сильным, гордым, и именно ему он собирался передать свою преступную империю. Ведь пенсия не за горами — Пауль недавно перешагнул порог шестидесяти лет.

Что сын кричал за толстыми дверьми, невозможно было разобрать, но Пауль Мюллер не волновался, характер у сына склочный. Но это нормально — главарь банды и сам был таким в молодости.

Внезапно дверь распахнулась и в офис ворвался сын. Весь в крови, на одежде непонятные красные подтеки.

Пауль положил бумаги на стол и поднялся с места.

— Отец! Спаси, помоги, — простонал сын и упал на колени.

— Что случилось? — не понял Пауль. — Поднимись!

— За мной идут! Зачем я ездил в эту чертову империю! Зря я тебя не послушал, отец. Не надо было оттуда девок воровать. Спаси-спаси-спаси… — продолжал орать сын.

Паулю показалось, что сын бредит, ведь он прежде никогда себя так не вёл.