Аксютин [200]), что, дескать, этот пассаж означал некую «реабилитацию колхозной формы собственности» и даже снятие «нависшей над ней угрозы полного уничтожения». Более того, как справедливо заметил Ю.В.Емельянов, новоявленный партийный вождь неоднократно ссылался в своём докладе не только на В. И. Ленина, но и на И.В.Сталина, говоря, в частности, о том, что именно «товарищ Сталин указывал, что краеугольным камнем артельной формы хозяйства является принцип правильного сочетания общественных и личных интересов КОЛХОЗНИКОВ»[201].

Кстати, в самом Постановлении Пленума ЦК «О мерах дальнейшего развития сельского хозяйства СССР», который был одобрен Президиумом ЦК ещё 2 сентября 1953 года, было полным-полно всякой несуразицы. Например, как явствует из архивных документов, именно Комиссия Пленума ЦК, работавшая над окончательной редакцией этого Постановления, собственноручно внесла в него следующий абзац, который не нуждается в особом комментарии: «теперь, когда в нашей стране создана мощная технически оснащённая тяжёлая индустрия и значительно окрепли колхозы, имеются все условия для того, чтобы на этой базе обеспечить крутой подъём всех отраслей сельского хозяйства и в течение ближайших лет резко повысить обеспеченность всего населения нашей страны продовольственными товарами и вместе с тем обеспечить всей массе колхозного крестьянства более высокий уровень материального благосостояния»[202]."

"Хорошо известно, что на том же Пленуме ЦК Н.С.Хрущёв был избран Первым секретарём ЦК КПСС. Надо сказать, что в широком общественном сознании, да в среде самих историков давно существует вполне устойчивый миф, что Иосиф Виссарионович Сталин ушёл из жизни, будучи не только главой Совета Министров СССР, но и Генеральным секретарём ЦК КПСС — на должности, которую он занял с подачи самого В.И.Ленина ещё в апреле 1922 года на организационном Пленуме ЦК, прошедшем по окончании XI съезда РКП(б). Однако это не так. Во-первых, надо иметь ввиду, что ни одна из трёх новых редакций партийного Устава, принимавшихся на XIV (декабрь 1925 года), XVII (февраль 1934 года) и XIX (октябрь 1952 года) партийных съездах, даже не упоминали о должности Генерального или Первого секретаря ЦК[203]. Но главное было даже не в этом. Как установили ряд историков (А.А.Кирилина, Ю.Н.Жуков[204]), после окончания XVI съезда ВКП(б), то есть с середины июля 1930 года, И.В.Сталин стал подписывать все бумаги, в том числе совместные Постановления ЦК ВКП(б) и СНК СССР, как обычный секретарь ЦК. То есть, иными словами, он больше абсолютно не нуждался даже в сугубо формальном выделении своей должности, ибо само его имя уже стало выше любых, даже самых высоких должностей. В ситуации с Н.С.