Вот, делятся, кто что собрал.

— Собрали?

Это еще что за новости?

— Малинник же дикий за домом, ласточка! А находка наша-то решила не отставать. Это тебе, ты уж не отказывайся.

Вот оно что. Дикий малинник — это хорошо. То, что малышка смогла поделиться своими сокровищами — тоже.

Доктор в моем кабинете — плохо.

— Находка? — обернулся к няне Урсуле доктор Дженкинс.

Та тут же побледнела."

"— Так… не бросать же на улице! Ребенок она, — решительно сказала няня Урсула, явно повторяя мои слова, — пусть и проклятый! Уж прокормим! Где пять — там и шестому тарелка еды найдется! Это всем известно!

И захлопнула дверь, оставляя меня разбираться с последствиями ее слов. Обернувшись ко мне, доктор Дженкинс прищурился. Я сглотнула.

— У меня есть причины скрываться, доктор Дженкинс, — осторожно начала я, — вы правы. Но я действительно управляющая этим приютом — вчера я подписала контракт.

— И сразу же уволили воспитательницу?

— Она едва не ударила Дерека. Может, для кого-то это и нормально, но, пока в этом приюте от меня зависит хоть что-то, руку на ребенка никто не поднимет.

— Вы все время называете его по имени, — медленно протянул доктор Дженкинс.

Я пожала плечами.

— И от чего же вы скрываетесь, Иви Хантер? Вы ведь так просите вас называть? — наклонившись вперед, спросил он, впившись в меня взглядом. — Можете мне не верить, но ложь я чувствую.

Я потерла запястье и ответила неожиданно честно:

— От бывшего мужа, который собирался упрятать меня в монастырь после развода.

— Чем вы ему не угодили?

Вопрос на миллион. Кажется, дракон обвинил меня в том, что уголовный кодекс в моем родном мире называет покушением на убийство. Вспомнив янтарные глазки смешливого Вика, племянника генерала Реннера, я закусила губу. Как Ивари могла ему навредить?

Вслед за этим я вспомнила самого генерала Реннера. Наполненный ненавистью взгляд, брезгливо поджатые губы и пожелания, чтобы “ни вас, ни вашего барахла к вечеру здесь не было”.

Меня не должно было это задевать, я не была Ивари и уж точно меня не касались ее отношения с мужем. Но меня задевало.

Каждый раз, стоило только подумать о генерале Реннере, внутри глухо тянуло болью и каким-то невообразимым желанием оказаться рядом. Дело в метке? Должно быть.

Но у меня есть дела поважнее, чем искать встречи с бывшим мужем, который меня ненавидит и собирается отправить в монастырь. И вообще — он надменный, хамоватый дракон. Ну и что, что красивый. Неприятный характер это не компенсирует.

— Боюсь, не соответствовала его критериям идеальной жены, — ответила я, поняв, что молчу слишком долго.

Доктор Дженкинс покивал.

— Неужели умудрился найти кого-то моложе и привлекательнее? Вы были замужем за драконом? Не отвечайте, мне все ясно, они любят обращаться с людьми, как с мусором.