Дереку нравилась поэзия — и не только потому, что она позволяла пудрить девушкам головы (как и обещание полетов под звездным небом — в буквальном смысле, те даже не возражали против формы виверны).

Кажется, стихи Дерека были неплохи — по крайней мере, я не раз и не два натыкалась на то, что их переписывают, передают из рук в руки, цитируют и даже вышивают на одежде.

Кроме того, Дерек помогал Мелиссе с текстами пьес для театра. Я частенько натыкалась на этих двоих в библиотеке, пока они ругались до хрипоты, а Мелисса использовала аргумент: “Как ты можешь со мной спорить, я помню, как ты с голой задницей по дому бегал!”

В общем, семейная идиллия.

Рядом с Дереком стояли Лили и Софи, уже взрослые совсем, поверить не могу! Им пришлось сложнее всех: все-таки у одной были рожки, у второй — крылья. Им, в отличие от остальных детей, сложно было затеряться в столичной толпе.

Лили единственная из детей, кто решил связать свою жизнь с собственным даром. Она хотела стать спасательницей. Тушить пожары, разбирать завалы — помогать тем, кому это нужно. Конечно, это повергало меня в ужас. Вдруг…

“Мам, не волнуйся, ты же знаешь — меня непросто обидеть!”

Легко ей сказать!

Лили было восемнадцать — сейчас она была девушкой исключительной красоты, рожки и красные глаза делали ее похожей на опасную и прекрасную богиню какого-нибудь древнего пантеона. Я переживала еще и из-за этого: вдруг ее обидит мужчина, но… ровно до того момента, как Лили впечатала одного незадачливого кавалера в стену прямо посреди бала под громкий смех Дерека, который оказался рядом и видел все, так сказать, в подробностях. А нечего было руки куда не надо тянуть!

“Иви, родная, просто дай детям жить их жизнью, — напоминал Алан. — Ты так много делала для того, чтобы они могли выбирать”.

“Но они же выбирают!” — возмущалась я.

Пожалуй, я, как и любая мама, просто была не готова к тому, что дети так быстро вырастут и станут такими самостоятельными.

Софи, поймав мой взгляд, робко улыбнулась и покрепче вцепилась в локоть стоящего рядом долговязого жениха. Ее крылышки дернулись — но больше она не пыталась за ними спрятаться. Почти. Она все еще была невероятно стеснительной, прийти сегодня сюда — было для нее подвигом.

Больше всего Софи любила общаться с неблагими детьми, легко могла найти контакт даже с самым замкнутым и ершистым. А еще — Софи собиралась замуж, вот уж сюрприз. Уже через неделю! Жених, долговязый, темноволосый, с карими драконьими глазами, стоял рядом с ней сейчас и бессовестно сиял счастливой улыбкой.

Его звали Невилл — дракон “из приличной семьи”, который души не чаял в Софи и для которого она стала истинной.