Мать понятия не имела о том, что Катрин сделала аборт; о том, что дочь в прошлом году была не у бабушки, а провела все выходные у подруги на даче; о том, что она пробовала два года назад нюхать клей вместе с одноклассниками… Всё это девочка занесла в свой дневник, снабдив мельчайшими подробностями. Только так она чувствовала себя более-менее нормально, словно всё, что происходит в её жизни, это какой-то дурацкий сценарий, выдуманная история, драма, что сгодится для авторского кино, но не для жизни подростка.

Где-то в груди появился неприятный ком, он перехватил дыхание, а затем опустился по пищеводу в область желудка. Квартира под номером тридцать пять принадлежала той самой соседке напротив, которая ужасно не нравилась всей семье Катрин.

«С одной стороны, хорошо, что дневник нашла новая соседка, а не кто-то из знакомых. Возможно, с ней удастся договориться», – подумала Катрин.

Прокрутив всю ситуацию в голове и приняв решение не волноваться раньше времени, она вдруг осознала, что упустила одну важную деталь:

«Так. Стоп. Откуда она вообще взяла мой номер?»

Прикинув, как и что нужно говорить, девочка обулась и вышла из квартиры.

Раньше в квартире напротив жила милая старушка, которую все в подъезде любили и уважали. Она всегда была очень добра с Катрин и при каждой встрече интересовалась делами всей её семьи. Остальных соседей не волновали дела других, а эта женщина дарила уют целому подъезду.

Однажды в её квартиру проникла парочка отбитых на всю голову «торчков» из соседнего района. Они давно следили за ней, знали её распорядок дня, поэтому всё спланировали заранее. Дождавшись, когда старушка получит пенсию и соберётся за покупками на рынок, двое отморозков разворотили деревянную дверь и вынесли всё, что имело хоть какую-то ценность, включая накопления за пару месяцев.

Старушку хватил неслабый удар – эта ситуация в корне изменила всю её жизнь. Она долгое время не появлялась на людях, продукты ей носили родственники, а иногда даже соседи. Тех «торчков» поймали через два дня во время очередной кражи, а сознательные жильцы, к которым не относилась семья Катрин, скинулись и поставили женщине новую красивую, а, главное, надёжную дверь. Старушка умерла лет семь назад, и с тех пор квартира пустовала, пока её повзрослевший внук не продал жилплощадь.

Новая соседка, ещё не успев въехать, первым делом заменила дверь, которую тогда поставили бедной женщине. Но вот что больше всего удивило Катрин, как и всех остальных – новая дверь и рядом не стояла с предыдущей: обшарпанная, вся в потёртостях, обитая непонятного цвета кожей – то ли потемневшей от времени, то ли изначально грязной, словно её принесли с помойки. Цифр, как и ручки, на двери не было, отсутствовал также и «глазок».