И я не замечаю, чтобы Феликс хоть как-то смутил или заставил нагловатую улыбку исчезнуть с этого действительно красивого лица.

Я нахожусь в эпицентре назревающей бури. Впервые чувствую себя своеобразным яблоком раздора. Смотрю в медовые глаза своего защитника, простого парня с невероятной одаренностью в области спорта, и понимаю, что, по сути, он беспомощен.

Наличие подобного врага со связями – и его спортивная карьера еще не начавшись будет закончена. На всем будет стоять огромная жирная точка.

Смогу ли простить себе когда-либо подобную жертву, смогу ли заплатить Лу за все ее добро подобной неблагодарной монетой?

Жребий брошен, господа.

Я выбираю сторону.

Я улыбаюсь Феликсу как можно беззаботнее. В этих джунглях надо уметь держать покерфейс. Мне, конечно, в своем мастерстве еще очень далеко до Тайгера Ривза, но и я кое-что умею.

Растягиваю губы в еще более широкой улыбке, что щекам становится больно, и беззаботно щебечу, растягивая гласные:

– Привет, Фелииикс! Крутой у вас выпускной! А мы тут собираемся пойти потанцевать!

Феликс теряется от моего задора, не может врубиться, правильно ли он понял ситуацию, или, быть может, пропустил что?

Кац в свою очередь с интересом разглядывает меня, приподняв в удивлении бровь. На его холодном лице проскальзывают интересные эмоции. Могу гордиться собой. Кажется, я только что заставила этого сноба офигеть от моей наглости, и мне кажется, что он с трудом сдерживается, чтобы не заржать в голос. Прямо вижу, как дрожат уголки губ.

Этот гордиев узел напряженности разрубает ледяной голос, что хлыстом бьет по нервам, прошивает меня острием бешеных холодных игл, которые летят в меня со всех сторон, избрав своей целью, заставляя сердце покрыться изморозью и тупой ноющей болью.

– Что здесь происходит?

Я встречаю холодный взгляд сине-зеленых глаз, в которых разгорается пламя, и что-то подсказывает, что гореть на этом костре именно мне.

Я смотрю на троих парней и четко понимаю, кто из них является хозяином положения.

Если Феликс простой и понятный парень, то Кац на его фоне выглядел гюрзой. Тайгер продолжает оставаться с виду холодным и отстраненным, словно скучающим, но безотрывно смотрит на меня, заставляя теряться и чувствовать себя виноватой.

Ни один мускул не дрогнул на лице Тайгера, но я буквально нутром ощущаю, как наэлектризовывается воздух вокруг нас, треща. Один короткий, как выстрел, взгляд Ривза и рука, все еще сжимающая меня, исчезает.

– Тай, дружище! – добродушно и вальяжно улыбаясь, начинает беседу Кац. Говорит как равный с равным, не тушуясь и спокойно встречая раскаленный взгляд моего Ястреба.