Того, который так напоминает моего Черного Ястреба. Наверное, правильнее сказать, что это Тайгер – копия своего отца. Та же стать, тот же разворот мощных плеч и гордая посадка головы, схожий профиль, только передо мной сидит грозный мужчина, которого я воспринимаю чужаком, опасным и опытным. Скорее всего, таким станет и Тайгер, повзрослев и заматерев.

Передо мной восседают люди из альтернативной реальности. Они – вершители судеб и сейчас в их руках оказалось мое будущее, которое может быть растоптано за секунду всего лишь одним росчерком на бумаге об отчислении.

От Дэвида Ривза за версту веет подавляющей мощью знакомой ледяной энергетики. Похожая аура Тайгера мной воспринимается иначе, не враждебно. Его отец кажется пришлым, и я не знаю, чего ожидать от него…

Надеюсь, он здесь случайно, а не желает наказать нищенку, которую по каким-то странными обстоятельствам выделил и приблизил к себе наследник рода.

Все может быть. Мне страшно.

Этот мир постепенно открывается мне своим жестоким естеством, где совсем не знаешь, что ждать, где положение решает многое, если не все.

Энергетика кабинета стремительно меняется, когда директор, оторвав взгляд от бумаг и резко сменив радушный тон на повелительный, обратился ко мне:

– Потрудитесь объяснить нам, что послужило причиной вашего вчерашнего наплевательского отношения к уставу школы и нападению на мисс Дэвис?

Я в растерянности перевожу взгляд с одного мужчины на другого и окончательно теряюсь, опуская взор в пол, рассматривая носки изношенных туфель.

– Произошла ошибка… – с трудом проговаривает Луиза."

"– Какая тут может быть ошибка?! – цедит отец Ханы, и я поднимаю взгляд на него, вижу, как жилы на его висках двигаются, когда он в негодовании сцепляет зубы. – Я требую исключения обеих! Немедленно!

– Мистер Дэвис, прошу вас держать себя в руках! Нужно для начала выяснить обстоятельства произошедшего, – спокойно поясняет господин Доре, и я немного выдыхаю, радуясь, что перед казнью проведут хоть какое-то подобие разбирательства.

Хлесткий взгляд в мою сторону от отца Ханы доказывает, что он едва сдерживается. Если бы решал он, то шансов у меня не было бы от слова совсем.

Показательный суд, не иначе, решили устроить сильные мира сего. Я все понимаю. Где-то даже заслуживаю наказания, но четко осознаю, если я и виновата, то Луиза в этих разборках не должна принимать участия! Подставлять ее я не буду! Собрав всю свою волю, я со всем хладнокровием, на которое способна, произношу:

– Луиза ни в чем не виновата. ЕЕ вообще поблизости не было. Инцидент произошел только между мной и Ханой. Нужно кого-то исключить? Исключайте меня.

Фраза звучит резко и нагло, привлекая ко мне внимание выглядевшего скучающим до этой секунды Дэвида Ривза.