– Ну!

– Я тебя умоляю!!! – она расхохоталась, – Дурочка ты! Разе ж она соперница?! Она так… удобная…

– Чего?

– Ну, холостые мужики вызывают себе когда им удобно удобных баб.

– Проституток что ли? – спросила я шёпотом.

– Зачем?! Просто удобных, которым ничего не надо, им в радость котлетки приготовить, обслужить, лишь бы мужик был в поле зрения. Знаешь, такие… главное не одной быть…

– Я не хочу такой становиться, – нахмурила я лоб, – а судя по всему пока я за ним ношусь, я и сеть удобная.

– Дурочка, не путай одно с другим!

В это время в столовую ввалились какие-то парни и я, махнув теть Жанне на прощание, мол, не отвлекаю, пошла за столик в углу поглощать гороховый суп с рёбрами.

Пол дня проторчали в отделении полиции. Если честно, эти коридоры и такое количество людей в форме навевали на меня ужас. Это примерно, как оказаться в близости от операционной, ну или вообще в больнице, в стационаре. Где по коридорам шаркают больные и мимо снуют энергичные врачи и медсестры в халатах. Но как только выходишь на улицу из такого места, сразу понимаешь, что жизнь прекрасна.

Примерно то же самое я ощутила, когда оказалась внутри отделения.

Милая девушка все нам разъяснила, заявление было написано, Анна Фёдоровна пыхтела, что «Прошка поди мамкины драгоценности ищет». Насколько я могла понять из ее сумбурной речи, мать Прохора имела шкатулку с серебром да златом. Правда по версии Анны Федоровны пропила их еще при жизни. А по версии Прошки тетка стерва припрятала их непонятно где. Вот он как напьется, так таскается то к ней, то по родне. Все про драгоценности спрашивает.

Короче сюжет для сериала на федеральном канале готов. «Ефросинья» нервно курит в сторонке. А если еще в сценарии прописать наших соседей полоумных, то вообще пальмовую ветвь дадут.

По пути в отделение мне позвонил Илья. В очередной раз меня поразил его стиль общения.

– Тебе звонили? – спросил он. Я сразу поняла, что имеется ввиду наша доблестная полиция, то бишь его коллеги.

– Звонили. Мы уже все решили, я написала, что претензий не имею и всякое прочее.

– Уверена? Надо бы проверить что там за хмырь…

– Уверена. Мне тут жить чуть больше недели осталось…

Возникла пауза. Затем капитан произнес:

– Ладно. До вечера, и не дожидаясь моего ответа, нажал отбой.

Я приподняла бровь. Джентльмен из капитана был вообще никчемный, конечно. Думаю, почти каждая современная девушка моего ДОтридцатилетнего возраста списала бы в утиль такого ухажера. Как-то больше востребованы обаяшки любующиеся собой в объективе фотоаппарата. Хмурые дяди – крепыши, которые при разговоре бросают трубки, спасибо на фиг не посылают в конце беседы, явно не в почете.