Она звучно хмыкнула и сказала:

– ЧЕ это?! Форма красит мужчин!

– Моряков может и красит, – ответила я, разглядывая котлетку и подумывая а не сожрать-с ли мне ее, – но не полицию…

– Почему это? – услышала я вопрос, заданный мужским голосом.

Подняла глаза и обомлела, на меня смотрел белобрысый дядька, ну… как дядька… ну лет тридцати пяти, полудядька, полупарень… в форме…

Честно, у меня даже колени слегка подогнулись, я уж мысленно представила, что меня сейчас арестуют к хе… м, за оскорбление лица, так сказать, при исполнении. Но не включать же заднюю, чтоб еще ниже пасть перед шеренгой доблестной полиции, которые начали один за другим с интересом оглядываться.

– Ну… потому что… общественное мнение такое, – ответила я, как можно равнодушнее, – а дайте-ка мне еще вот эту котлетку!

Я попыталась уйти от разговора, тетя Жанна с готовностью бросилась отлавливать мне из подливки котлету, вооружившись лопаткой.

– А вы что, склонны доверять общественному мнению? – не унимался парень.

– Андрюх, отстань от нее, – бросил дядька, который в полицейском паровозике стоял сразу за белобрысым. Тем временем у кассы наконец расплатился за таз пельменей огромный пузатый дядя той же профессии, видимо он стоял во главе вагончиков, и парни, наконец, продвинулись вперед."

"Я бросила взгляд на невзрачного дядьку, который велел белобрысому оставить меня в покое, его лицо показалось мне смутно знакомым. Наверное, часто обедает тут, просто таких личностей я не запоминаю.

– Фуф, – выдохнула я, когда они немного провинились.

Тетя Жанна наклонилась вперед, опершись красными ручищами о железную стойку и прошептала:

– ЗДря ты так! Отличные ребята, и женихи во какие! – с этими словами она показал мне большой палец.

Ну да, ну да, вот женихов то мне и не хватало таких.

– Что-то их тут как-то много, – нахмурилась я, – для такого небольшого города.

– Это ж разве много, вот раньше пока все тут действовало, – мечтательно ответила моя собеседница, – тут кого только не было… Всяких видов войск… А сейчас вот возрождаться город начал. Летчики вон, полиция, сЧас им дают субсидии, поэтому и соглашаются сюда ребята переезжать. А жен-то у них нет!

На последней фразе она мне подмигнула так, что увидели все присутствующие в зале, и громко хохотнула.

Я чуть не закатила глаза, но сдержалась. Все столики у окон заняли доблестные служители закона, поэтому пришлось мне присесть на выходе, почти у туалета. На ум пришла фраза из «Джентльменов удачи»: «ваше место возле параши». Еще раз бросив взгляд на столики у окон, я обозвала мужчин словом, коим кличут животное с рогами и бородой, и принялась поглощать суп.

– Ну, завтра надеюсь будет легче? – спросила меня Маринка, натягивая свою шубу.