— Тимур сделал несколько шагов в моём направлении. Я это поняла по шелесту подошвы тапок. — Но мне он сказал, что ничего такого не было, что это просто тупая девка, и он её уже уволил.

Тимур опёрся о столешницу рядом со мной и, разговаривая, надеялся, что я повернусь и обращу на него внимание, но тема выбрана была не та.

Я не хотела на это обращать внимание.

— И понятно, что даже если мы что-то не то увидели, то это не отменяет того, что он был не прав.

— Да, понятно, — поддакнула я, чтобы просто хоть что-то сказать.

— И на самом деле ты ведёшь себя странно. Ты не выходишь из спальни практически.

— У меня Матвей маленький.

— Я знаю, я понимаю, бабуля объясняла, что теперь как бы все изменится и очень много времени будет уделено малышу. Я вообще, как бы, ну, без претензий, без чего-либо. Ну, это просто странно, вместо того чтобы радоваться, что у меня родился братик, а у вас с папой сын, почему-то состояние такое, что как будто бы ещё чуть-чуть похороны…"

"— Тимур… — Протянула я низким хриплым голосом, вероятнее всего, от шока.

— Что, Тимур, что Тимур? — шмыгнул носом сын и провёл запястьем по губам. — Ты не спустилась посмотреть на торт, заказанный бабулей к выписке. Тебе без разницы, что в детской происходит, потому что ты люльку притащила себе. Ты как будто бы просто отгородилась от всех, закрылась, и тебе нет дела до того, что происходит дальше.

— Тим, мне сейчас на самом деле нет дела до того, что происходит.

— Ну, ведь… — Тимур тяжело вздохнул и дотронулся до меня кончиками пальцев, задел локоть, — но ведь так может произойти что-то совсем плохое?

— Наверное. Давай не будем об этом, — тихо предложил я и Тим, пожав плечами, заметил:

— Вот бабуля мне тоже очень часто говорит давай не будем об этом. И папа тоже так говорит, когда я спрашиваю а что теперь у нас будет? А уйдёт ли от нас Есения. А буду ли я опять переживать из-за того-то, что у меня снова отобрали мать.

До меня с каким-то шоком дошло, что фраза, брошенная Тимуром в тот момент, когда мы зашли в кабинет к Русу, означала не наличие любовницы, а означало расставание с близким человеком.

— В смысле. Ты разве?

— Ну, конечно. Я же спрашивал, почему у меня нет мамы, пока не появилась ты, но я тогда не помню. Но последний раз, когда я спросил, это было, наверное, ну, я, может, в классе во втором был. И тогда отец пообещал, что никогда больше такого не произойдёт, а я ему поверил, и поэтому, когда все это случилось, ну да, я только об этом и спросил, я только это и закричал, что, ну, он обещал, что больше такого не будет никогда. Я больше никогда не потеряю маму.