12

Глава 12

Настя

Утро было всё таким же серым и туманным, но в моей голове царила ещё большая неразбериха. После недавнего визита в больницу с Машей, я чувствовала себя немного спокойнее, но теперь настала очередь разобраться со своим состоянием. Утренние недомогания, слабость и странное ощущение в животе начинают серьёзно пугать.

Гастроэнтерологический кабинет встречает меня приятной обстановкой. Пастельные стены, тихая музыка в коридоре и приветливый администратор создали иллюзию спокойствия, которой я сейчас так нуждаюсь

— Настасья Сергеевна? — звучит голос медсестры из-за двери.

— Да, это я, — откликаюсь, вставая с кресла.

Меня проводят в кабинет. За столом сидит женщина лет сорока, с собранными в строгий пучок волосами и проницательным взглядом. Её табличка на столе гласила:Елена Андреевна Корчагина, врач-гастроэнтеролог.

— Присаживайтесь, Настасья Сергеевна, — кивает она, делая записи в карточке.

Я сажусь, чувствуя лёгкое напряжение.

— Что вас беспокоит?

— Утренние недомогания, — скрещиваю руки на коленях. — Тошнота, слабость. Иногда кружится голова. Аппетита практически нет, а если и есть, то тошнит ещё больше.

Елена Андреевна кивает, внимательно слушая.

— Это продолжается сколько времени?

— Да, несколько недель.

— Понятно. А боли в животе?

— Нет, ничего острого. Только лёгкий дискомфорт, особенно по утрам.

Она о чём-то задумывается, быстро что-то записывает в карточке, а потом поднимает взгляд.

— Ещё какие-то симптомы? Может быть, резкая усталость, изменение вкусовых предпочтений?

Я замялась.

— Да, пожалуй. Не могу объяснить, но недавно почувствовала, что совершенно не переношу запах кофе. Хотя раньше любила.

Врач слегка улыбается, но тут же возвращается к серьёзному виду.

Елена Андреевна откладывает ручку и встаёт, указывая на кушетку в углу кабинета.

— Ложитесь, пожалуйста, — говорит она с профессиональной учтивостью.

Я поднимаюсь и направляюсь к кушетке, стараясь не выдать волнения. Ложусь на спину, слегка задрав рубашку, как велит врач. Её холодные руки касаются моего живота, но движение их уверенное и аккуратное.

— Больно? — спрашивает она, чуть надавливая на область слева.

— Нет, — отвечаю, следя за её сосредоточенным лицом.

Она перемещается к правой стороне.

— А здесь?

— Тоже нет.

Елена Андреевна бормочет себе под нос, словно отмечает что-то в своей голове, но ничего больше не спрашивает. После нескольких минут осмотра она выпрямляется.

— Хорошо. Теперь садитесь.

Я послушно поднимаюсь и возвращаюсь на стул, но она жестом останавливает меня.

— Покажите язык, — просит она, указывая на себя.

Слегка смущаясь, я высовываю язык. Она внимательно осматривает его.

Я вытираю ладони о джинсы, чувствуя, как напряжение немного спадает, но вопросы всё ещё остаются.