Звездочет и туда за мной увязался, хотя Лора просканировала все, что можно.

Однако собеседником он оказался довольно интересным, хотя и любил поскрытничать. Про Марусю он ни в какую не раскалывался, загадочно потирая усы.

В каюте мы в основном играли в карты. Оказалось, у некоторых игр правила отличаются, и это было для меня маленьким открытием. Лора пару раз шепнула, что Звездочет пытается мухлевать.

Наутро из следственного комитета позвонил Дзержинский и сообщил, что бедную вдовушку поймали. Пока она в статусе подозреваемой, но в ее телефоне нашли номер одного из убитых на трассе боевиков.

Еще они проследили кому и куда она отправляла деньги. В итоге Феликс Эдмундович сказал, что долго церемониться с ней не будут. И если я простил ей фокус с деньгами, то на этот раз никто глаза не закроет. Пойдет по статье и за махинации, и за покушение на убийство.

— Волнуешься? — спросила Лора, когда я лежал у себя в комнате. Она сидела за маленьким письменным столом, закинув ногу на ногу. — Можешь не отвечать. Вижу, что волнуешься.

— Отмена запрета на убийство… — проговорил я вслух, смакуя неожиданную новость.

 — Но зачем?

— Кто знает? — пожала плечами Лора. — Но у организаторов странное чувство юмора.

— Только никто не смеется. Разве турнир не для того, чтобы выявить лучших магов?

— Он самый.

— И к тому же на Универсиаду и так отобрались сильные ребята. К чему давать повод уничтожать кого-то из них? Кто вообще придумывает такие правила? Как им в голову пришла подобная мысль?

— Разве не Ермакова? — предположила Лора.

— Да, но единолично такое она бы не сделала. Наверняка есть совет, где они все обсудили.

— А что тебе мешает спросить у Звездочета?

— Можно попробовать, — согласился я. — Кстати, думаешь, сейчас у Музыкантов идет что-то типа внутренней корпоративной войны?

— Конечно, такое вакантное место освободилось! — улыбнулась Лора, выводя в воздухе карьерную лестницу с пустым пространством на вершине.

Интересно, а сколько вообще Музыкантов осталось в живых? Похоже, у них творилось что-то крупное, но это лишь мои догадки.

В конечном счете, надо разобраться со всеми, чтобы эта зараза опять не начала разрастаться по Широково.

Позже позвонила Надя, отчиталась о проделанной работе и удивилась, как я так быстро все посчитал, лишь раз взглянув на бумаги. Сославшись на свои невероятные умственные способности, я попросил узнать у Островского про участие Данилы в гонках. Парень заслужил это право. Надя пообещала, что поможет, и мы распрощались.

— А где самый сильный член моей команды? — удивился я, не замечая рядом голубя. Да и вообще с самого утра он куда-то запропостился.