Броди, нахмурившись, посмотрел на Саллу.

— Что ты сказал?

— Беги! — прокричал на этот раз Салла.

Броди повернулся, но не успел и шага сделать, как один из парней схватил его за шиворот и дернул к себе. Салла налетел на противника словно вихрь, опрокидывая прилавки и корзины с фруктами и овощами. Рулоны дорогого шелка и красочного ситца — все упало в грязь. Прохожие в ужасе разбежались.

Воспользовавшись суматохой, Броди начал пробираться сквозь галдящую, взбудораженную толпу. Надо бы как-то помочь Салле, но как? Справиться ни с одним из этих здоровенных типов он, конечно, не сможет, и к тому же Салла приказал ему бежать."

"Лавируя среди прилавков и тележек, он наконец укрылся в каком-то дверном проеме, откуда можно было наблюдать за дракой, не боясь, что его заметят.

Он увидел, как Салла, защищаясь, сделал шаг назад и неожиданно наткнулся на верблюда. Столкновение было таким сильным, что на минуту он остановился, тряся головой. Воспользовавшись моментом, противники сразу набросились на него. Однако Салла быстро оправился и шлепнул верблюда по носу. Вредное жвачное вскинуло голову и со смаком плюнуло. Плевок угодил прямо в лицо одному из громил. Салла пустился бежать. Броди замахал руками, желая привлечь внимание друга. Салла заметил и повернул в его сторону, на ходу тыча пальцем в какой-то фургон, дверь которого была открыта и занавешена куском ткани.

— Прячься, живо!

Броди не хотелось туда лезть, но Салла продолжал кринать. Он выскочил из дверного проема, забрался в фургон и, нырнув за занавеску, выглянул наружу. Салла продолжал что-то кричать и размахивать руками как безумный. Громилы наконец нагнали его и принялись наносить удары кулаками и дубинками. На помощь им спешили неизвестно откуда взявшиеся фашистские солдаты. Броди понял, что Салле всех их не одолеть, но помочь он ничем не мог. Расстроенный, он отошел от занавески и бросил взгляд вокруг. Прежде чем он успел понять, где находится, металлические двери захлопнулись, и он оказался замурованным внутри грузовика. Броди взглянул наверх: прямо перед ним на стене висел красно-черный фашистский флаг.

Салла поднял голову. У него все болело, ссадины кровоточили, а в ноздри забилась пыль. Громилы ушли. Они своего добились: Броди неправильно понял его и сам полез в руки фашистам, вместо того чтобы убежать. Теперь грузовик исчез — и Броди вместе с ним.

Прошли сутки.

В центре внутреннего дворика на своем пурпурном троне с высокой спинкой восседал султан округа Хатай. Его поза была полна королевского величия, густая белоснежная борода спускалась на грудь. На нем был темнокрасный мундир, украшенный золотой тесьмой и роскошными эполетами. Талию опоясывал широкий красный с золотом кушак, а на голове была надета шляпа с плоским дном в тон мундиру.