Чувство облегчения и радость переполняли его. От усталости кружилась голова. Двадцать шесть лет, черт возьми, подумал он. Двадцать шесть лет."

"И все же… В глубине сознания неотвязно копошилась какая-то мысль, не давая покоя, но, как ни старался, он не мог ухватить ее. Наверное, устал, или ветер слишком громко завывает. Ладно, успокоил он себя, отложим на потом.

Он поднял голову. В конце коридора стоял высокий матрос и угрюмо смотрел на него. Инди повернулся — и с этой стороны путь был закрыт.

Так вот оно что! Ловушка! Не удивительно, что ему дали шифр и что все так гладко прошло.

Слишком гладко, вот это подсознательно и беспокоило его.

Матросы бросились на него с обеих сторон. Инди хотел нанести удар, но посудина качнулась, и он покатился назад, под ноги одному из нападавших. Они заломили ему назад руки и потащили по коридору на палубу. И тут, сквозь завесу дождя, он увидел третьего. Человек подошел и ударил Инди в живот.

У Инди перехватило дыхание, колени подогнулись и он осел на палубу. Один из матросов поднял его и пихнул вправо, под тент, где дождь и ветер свирепствовали не так сильно. Только тогда Инди смог рассмотреть того, кто его ударил.

Человек, придерживающий на голове неизменную панаму, был тот самый, который похитил крест двадцать шесть лет назад, тот самый, который, без сомнения, заманил его в ловушку. Он выглядел старше, но даже в темноте Инди узнал его ледяные голубые глаза.

— Тесен мир, доктор Джонс.

— Для нас двоих слишком тесен. Я вижу, за эти годы вы не изменили своему стилю, — заметил Инди, взглянув на панаму.

— Какая наблюдательность! Но, может быть, перейдем сразу к делу?

Человек рванул куртку Инди, чуть не разорвав ее, и вытащил из-за пояса крест.

— Вот уже второй раз я вынужден забирать у вас то, что принадлежит мне, однако сегодня наша встреча не случайна.

— Я уже понял. Вы подстроили мне ловушку.

— И вы, как дурак, в нее угодили, доктор Джонс.

Он сообщил Инди, что знает все о его попытках разыскать крест. Человек объяснил, что депрессия сильно пошатнула его финансовое положение, и чтобы поправить дело, крест надо было продать. Наконец ему предложили кругленькую сумму. С экономическими затруднениями было бы покончено навсегда. Но сделка включала одно непременное условие — избавиться от надоедливого доктора Индианы Джонса.

— И тогда я решил устроить нашу встречу. Игра велась честно. Я даже дал вам шанс украсть крест. — Он усмехнулся. — Не моя вина, что у вас не получилось.

— Этот крест должен быть в музее.

— Вам самому место в музее. Бросьте его за борт, — приказал он матросам.

Инди поволокли по раскачивающейся палубе к поручням. Краем глаза он заметил, что они остановились недалеко от канистр с горючим, скрепленных металлической скобой.