У Алекса в руках был свернутый в кольцо кнут.

Увидев Катерину, стоявшую в дверях с рапирой наизготове, они резко остановились.

– Чего кричишь?! – спросил Алекс.

– Я пришла сюда, а здесь такое!

– Бардак! – согласился новообретенный родственник. – Забыла прибраться сегодня утром?

– Посмотри на дверь! – Катерина показала рапирой на проем. – Когда я уходила, она оставалась закрытой и заклеенной обоями!

Ребята с опаской приблизились и заглянули в комнатку.

– Что это за каморка? – с подозрением спросил Игорь.

– Понятия не имею, – честно призналась Катерина. – Евдокия сказала, что потеряла от нее ключи…

Они осторожно вошли в комнату и огляделись.

Это было небольшое помещение с сырыми потемневшими стенами и грязным полом. У одной из стен возвышалась груда сломанной старой мебели, кресла, стулья, а в дальнем углу в черной резной раме стояло большое зеркало высотой в человеческий рост. Вернее, когда-то это было зеркалом. Сейчас об этом напоминали лишь сверкающие осколки, покрывающие пол. И разбили его совсем недавно – на покрытых слоем пыли половицах еще виднелись четкие отпечатки чьих-то остроносых туфель.

– Что здесь происходит? – раздалось вдруг с лестницы.

Игорь и Алекс резко обернулись. Катерина похолодела. Это был голос бабушки Евдокии.

Похоже, сейчас придется много врать…

Глава двадцать четвертая

Отражение

– Кто открыл эту дверь? – возмущенно воскликнула Евдокия, входя в комнату Катерины. – Я же предупреждала, что заходить сюда опасно!

Катерина, собравшись с духом, подошла к бабушке. Игорь и Алекс застыли столбом, предоставив ей объясняться. Осколки стекла больше не хрустели под их ногами.

– Я не знаю, бабушка, – сказала Катерина.

Бабушка, похоже, не верила ей. Евдокия недовольно взглянула на рапиру в руках внучки и подозрительно прищурилась.

– Ну-ну, – жестко сказала она. – Решила воспользоваться тем, что меня нет дома? Дрянная девчонка! И приятелей притащила? Кто вообще разрешил тебе приводить сюда гостей! Кто позволил тебе распоряжаться в моем доме!

Катерина слегка опешила. Прежде она не видела Евдокию такой сердитой. Игорь тоже виновато опустил голову. Алекс же пристально разглядывал старуху, ничуть не смущаясь.

– Придется мне серьезно поговорить с твоей мачехой! – не унималась Евдокия. – Хорошо же она тебя воспитала! Мне давно стоило отобрать у нее права на опеку!

– Аглая здесь ни при чем, – с жаром воскликнула Катерина. – И я ни в чем не виновата! Я не открывала дверь и не разбивала зеркало!

В этот момент с лестницы послышались легкие шаги, и вскоре в комнату вошла Наташа с бутербродом в руках.

– Здравствуйте, – удивленно произнесла она, увидев Евдокию.

– А это еще кто? – недовольно спросила бабушка.