Будь на ее месте мужчина, Бестужев в лепешку бы разбился, но что-то бы предпринял! Ее же тут ни во что не ставят! Ну ничего. Больше терпеть она не намерена. Она заставит их принимать себя всерьез!

Информация обо всех членах дворянского собрания хранилась в личном архиве председателя Клуба. Естественно, Ипполит Бестужев никогда бы не позволил ей просмотреть бумаги, в том числе перешедшие к нему по наследству. Ведь некоторые из них велись уже не одну сотню лет, и в этих документах было немало такого, что члены Клуба не хотели бы предавать огласке. И тогда она решила сместить Бестужева с поста председателя.

Напрасно все они не принимали ее, женщину, в расчет! Там, где надо идти напролом, она, может быть, и спасует. Но никто не сравнится с разгневанной женщиной в умении плести интриги. Несколько месяцев Виолетта потратила на то, чтобы как бы невзначай, в личных беседах, потихоньку вливать в уши и головы членам Клуба ядовитые сплетни о председателе. В этих наговорах были в разных пропорциях перемешаны слухи, правдивые факты, догадки и прямая, но правдоподобная ложь. Дескать, старик поглупел и обленился, не справляется со своими обязанностями, да еще и частенько запускает руку в кассу Клуба! Поначалу к ней не особо прислушивались, но, как говорится, вода камень точит.

Вскоре среди членов Клуба стало назревать недовольство правлением нынешнего председателя.

Виолетта смогла извлечь неожиданную выгоду даже из случая с покушением лже-Пельта. Некто по ту сторону зеркала приказал убить Бестужева, но толстяку удалось спастись. Виолетта предпочла бы другой исход, но ничего не поделаешь. И снова не без ее участия стали поговаривать, что если те, за зеркалом, решили его убить, то уже ни перед чем не остановятся, так что наверняка скоро придется выбирать нового председателя.

Пришелец из Зерцалии рассказал многое, прежде чем его упекли в сумасшедший дом. Позже Виолетта даже пару раз навещала его в палате и говорила с ним. Странно, но она не смогла прочесть мысли доппельгангера, как ни старалась. Видимо, ее дар не распространялся на пришельцев, либо мозги у них были устроены по-другому. Выбрав момент, когда Бестужев отсутствовал, графиня выступила перед членами Клуба и сообщила им, что их председатель, очевидно, прогневал кого-то по ту сторону.

И если от него не избавиться, в опасности окажутся все остальные.

Там, где не помогли ложь и клевета, службу сослужила трусость участников дворянского собрания. Испугавшись за свою безопасность, они поспешили сместить Бестужева с поста председателя. Ипполит Германович не на шутку оскорбился, но не смог противостоять большинству. И он ушел из Клуба.

Но теперь, по старшинству и знатности рода, на кресло претендовали два других старика – граф Ольшанский и князь Сухоруков.