В особняке было два входа, но одна из дверей была почему-то заколочена толстыми досками.

– Когда-то в этом доме жили две семьи, – пояснила Аглая. – Но затем Державины выкупили вторую часть дома и объединили обе половины. Когда войдем, увидишь, что некоторые двери прорублены в стенах не так давно. Из-за этого в доме очень необычная планировка.

– Не хватает только ржавых флюгеров и горгулий на стенах! – заметила Катерина.

Бабушка Евдокия, показавшаяся на террасе, оказалась под стать дому – высокая, тощая, предпочитающая одежду черных цветов и смертельно бледная, как будто никогда в жизни не выходила на солнечный свет.

С месяц назад она неожиданно позвонила Аглае и сказала:

– Пора нам забыть старые обиды. Я уже стара, а по завещанию сына все его имущество принадлежит вам с Катериной, а это половина дома. Так что возвращайтесь, раз уж у вас неприятности. Вместе как-нибудь справимся.

– Откуда она узнала про цирк? – недоумевала Катерина.

– Наверняка следила за нами все эти годы, – предположила Аглая. – Все-таки ты ее единственная внучка.

– Может, она не такая плохая, как ты считаешь?

Аглая лишь несогласно фыркнула.

Катерина не могла понять, почему Евдокия и Аглая так не любили друг друга. Девочка была еще совсем крохой, когда Аглая забрала ее и уехала из этого дома. Произошло это вскоре после исчезновения отца Катерины, знаменитого фокусника Александра Державина. Он выступал с представлениями в собственном небольшом театре «Иллюзион» и имел бешеный успех у зрителей. Молодая и красивая Аглая работала ассистенткой Александра – то она бесследно пропадала в недрах расписных коробок, то ее разрезали пополам – в общем, обычная рутина. Вскоре они поженились, так она и стала мачехой Катерины. Поначалу все шло хорошо, но затем знаменитый фокусник вдруг исчез, испарился при невыясненных обстоятельствах. Милиция – так тогда называли полицию – не нашла никаких его следов. Театр «Иллюзион», лишившись гвоздя программы, вскоре разорился. У Евдокии и Аглаи пошли ссоры, скандалы происходили все чаще. А затем Аглая нашла новую работу в передвижном цирке-шапито и уехала вместе с маленькой Катериной. Бабушка Евдокия не очень старалась их удержать. Видно, не так уж сильно она любила свою внучку.

Теперь, спустя почти десять лет, Евдокия позвала их обратно, и Катерине пришлось заново знакомиться с бабушкой, ведь она ее уже совсем не помнила. И кстати, особой радости от встречи на бледном сморщенном лице старухи она тоже не увидела.

– Ваши комнаты готовы, – сухо произнесла та. – Ты, Аглая, займешь вашу старую спальню на втором этаже, ну а Катю поселим на третьем – там, где была детская Саши.

Вот и все приветствие. Немудрено, что Катерина сразу отнеслась к Евдокии с некоторой опаской.