Что это? Пресловутое чувство с заезженным словом «любовь»? Когда-то давно, еще в молодости, я любил. Но эта любовь ничего, кроме нервов, больной одержимости, разочарований и нeнужных метаний мне не принесла. Я давно решил, что это чувство не для меня. А сейчас что? Взрослое, осознанное чувство? Черт, дожил! Я осознал, что люблю, с подачи Эвелины. Женщины, у которой извращенное понятие о любви. Только вот я не уверен, что завтра все не изменится, и я разлюблю или потеряю интерес. Виктория заслуживает большего, чем быть просто моей любовницей, женщиной, с которой мне приятно проводить время, а большего я предложить не смогу, даже не смотря на то, что люблю. Лучше для меня и для нее, оставить все как есть, чтобы потом не было мучительно больно."

"Мне просто нужно забыться, позвонить брюнетке и начать жить по привычному графику. Так лучше будет, Киска, поверь. Я же видел, как ты не хотела прощаться со мной. Я видел, как отпускать не хотела. И я не хотел, я даже где-то пожалел, что все закончилось так быстро. Но поверь мне, Киска, моя любовь ничего хорошего тебе не принесет. Тебе не нужно еще большего разочарования в жизни. я могу им стать…

Виктория— Может, ты прекратишь срываться на собаке? Она ни в чем не виновата, — недовольно кидает мне Света, после того как я отругала рома за разорванный тапок.

— Я не срываюсь на нем, он это заслужил. Посмотри, что он сделал с моими тапочками.

— Ну да, ты не срываешься. Ты сначала его ругаешь, а через полчаса, когда твоя злость подходит, ты обнимаешь его и плачешь, уткнувшись в его шерсть.

— Я не плачу… И…, — не знаю что хочу сказать, Света права. Этот пес день изо дня рвет мне душу на части. Я смотрю на собаку и вспоминаю ЕО. А я должна его забыть, вычеркнуть, стереть из памяти. Но эти вечные приглашения на советы директоров и корпоративные праздники не дают мне спокойно вдохнуть. Все эти пригласительные до тошноты официальны. Иной раз я порываюсь туда, потому что знаю, что он обязательно там будет. И я смогу просто его увидеть. Но останавливаю себя из-за страха поймать его холодный, незаинтересованный взгляд. Боюсь увидеть его с другой, ведь такой мужчина просто не может оставаться один.

— Почему вы расстались? — осторожно спрашивает меня Света, отнимая у меня разорванные тапки, на которые я пялюсь как дура, находясь глубоко в себе.

— Мы не расставались. Мы… Нас не было.

— Вика, ты из тех женщин, которые просто не могут существовать без мужчины. Без внимания и заботы они просто вянут. Сначала это был твой отец. Потом…, — запинается, понимая, что упоминание Эда принесет мне боль. А мне не больно. Мне никак. Это имя для меня теперь — пустое место. Мне так легче воспринимать Эдуарда, словно его нет и не существовало вовсе, а все что было — это просто страшный сон.