— Он не слишком умен. Ты сама это поймешь. Он станет наихудшим... партнером из всех нас.

— С этим я не соглашусь.

Голос Када звучал почти оскорбленно. Рафик наклонился, опуская лицо прямо в ее женскую сущность, и неторопливо выдохнул.

Гребаные… все-те-плохие-вещи-которые-ей-не-следует-произносить!"

"— Дай ему то, чего он хочет, Пайпер. Я понял, что тоже голоден. А затем, дорогая девочка, мы должны обсудить следующий этап ухаживания. Когда мы достигнем Безакистана, придется превратить этот очаровательный лесок в пустыню. В переносном смысле, конечно.

У нее не было ни малейшего представления, о чем он говорил.

Он играл с ее половыми губами, нежно лаская ртом сначала одну, а затем другую. Это сводило ее с ума. Она хотела, о Боже, она хотела, чтобы его язык оказался внутри нее. Но Пайпер не получит этого, пока не попросит, потому что они оба были требовательными, порочными самцами, с восхитительными руками и губами.

Пальцы Када играли с ее сосками, когда он послал ей еще одну греховную усмешку.

— Пожалуйста, поцелуй меня внизу...вон…там.

Ну вот, она сказала это.

Раф поднял голову:

— Внизу-вон-там? Звучит так, словно ты хочешь, чтобы я поцеловал тебя в Австралии.

Наш полет не рассчитан на столь продолжительный срок.

Она зарычала в отчаянии, это оказался довольно женственный звук, который она никогда не издавала прежде. Болваны.

— Я хочу, чтобы ты поцеловал мою ... розовую часть.

Раф кивнул:

— У тебя их много. Кад, поцелуй ее в губы. Кажется, она хочет этого.

Кад усмехнулся напротив ее рта:

— Ты должна стараться лучше, хабибти. Нужное слово  - «киска». Скажи, чтобы он полизал твою киску. Рафик изнемогает от желания погладить тебя… изнутри языком и поглотить, словно спелый плод.

Ты кончишь ему в рот, Пайпер, и для него это окажется равноценно путевке в рай. Произнеси правильные слова.

Она слегка поежилась. Хорошие девочки из Западного Техаса не говорили таких вещей. Хотя, возможно, хорошие девочки не получали оргазмов.

— Не мог бы ты полизать ... О, Господи, просто полижи мою киску, пожалуйста.

Раф самодовольно улыбнулся:

— С превеликим удовольствием.

Она почти закричала, когда в нее вошел его язык. Чистое удовольствие переполнило ее с ног до головы. Пандора никогда не испытывала ничего, настолько интимного, настолько правильного, как рот Рафика Аль Муссада в своем лоне.

Кадир оказался прав. Испытав это, она уже не будет краснеть от эвфемизмов женского тела и, ну да, ее органов. Это была ее киска, и Раф облизывал ее, распаляя ее жажду все больше и больше. Каждый мускул в ее теле напрягся, дыхание сбилось, соски затвердели, а клитор запульсировал. Она сжала в кулак прекрасное одеяло и с криком выгнула спину.

— Кончи для нас, Пайпер. Ты когда-нибудь кончала прежде? – спросил Кад, лаская ее грудь рукой.