Я прошу жалобно, самый несчастный взгляд посылаю. Но на Дикого это никак не действует. Мимо пролетает.

А я смущаюсь. Проклинаю то, что платье надела. В такой панике была, натягивала первое что под руку попало. А теперь ткань задирается. И мужчина может увидеть моё бельё.

Божечки.

Я смущаюсь, краснеть начинаю. Жар прокатывается по телу, лупит по лицу. От стыда прикрываю глаза.

Дёргаюсь ещё раз, но понимаю, что это бесполезно. Я связана! Как буйных пациентов привязывают, так и меня…

Мужчина усмехается, касаясь моего бедра. Скидывает край халата.

– Придумала хорошо, одобряю.

Хмыкает, укладывая ладонь на мою щиколотку. Яд так и сочится в его голосе, заставляя меня подрагивать.

С трудом приподнимаюсь, каждое движение Камиля отслеживаю. Боюсь, что он делать дальше будет.

Мужчина ладонь дальше ведёт. Гладит, сжимает. Подбираюсь, стараюсь хоть как-то ноги свести, но не получается.

В животе тянет от страха, скручивает. Я кусаю губу, чтобы не сорваться на крики и визги. Придумать решение пытаюсь.

– А вот исполнение хуевое.

Рявкает, резко врезаясь ребром ладони между моих ног. По лону бьёт, отчего пальчики на ногах поджимаются. Перед глазами рябить начинает.

– Развяжи меня, пожалуйста, – умоляю его. – Я… Просто…

– Ну? – издевательски подбивает. – Расскажи, чё ты устроила. Решила меня в образе врачихи соблазнить? Потрахаться бежала?

– Ага. А потом струсила и решила обратно вернуться.

Я фыркаю, не найдя другого ответа. Моя попытка провалилась, и теперь придётся за это расплачиваться. Но не могу просто ждать своего приговора.

А ещё я понимаю, что Дикий… Не злой? То есть бесится, придавливает тёмной энергией к кровати. Аж кожу пощипывает от его свирепого взгляда.

Но при этом он не в бешенстве. Не выглядит так, словно мне шею свернёт. Недоволен, а настроение хорошее. Почему?

– Мне тут донесли на тебя, – пальцами касается моих трусиков. Моё дыхание становится частым, прерывистым. Тахикардия появляется. – Говорят, ты интересное болтала.

– Ч-что? – с трудом спрашиваю. Язык к нёбу прилипает.

– Что тебя не откупорили ещё. И целка на месте.

«Ну всё, хана» – смиренно вздыхает внутренний голос.

Хана. Значит, та карга старая уже всё передала Дикому. И он знает, что я не спала с Буйным. Поэтому он такой спокойный? Умиротворённый почти.

– Камиль!

Я дёргаюсь, задыхаюсь. Кожа вспыхивает, пузырьки крови бьются в венах. И странное ощущение нарастает в животе.

Всё из-за того, что мужчина… Он… Он меня шлёпнул! Прямо по лону. Вызывая вспышки жара.

– Я спрашиваю – ты отвечаешь. Рот только по делу раскрываешь. Я сейчас могу лично проверить, насколько ты завралась.

– Лично? – уточняю, подрагивая.

– Хуй вобью. Кровь пойдёт – правда. Нет…

– Это не так проверяют! Есть же врач.