Представляю реакцию Буйного, когда он это обращение получит. Наверное, посмеётся на славу. А после ещё и его все головорезы на меня посмотрят.

А стоит только подумать о том, что об этом Злата узнает… Как меня накрывает окончательно.

Буйный и пальцем не пошевелит.

– Нельзя, – произношу заикаясь и головой отрицательно качаю. Никак нельзя. И мне нужно срочно придумать почему.

– А, ну раз нельзя, то ладно.

Вдруг миролюбиво Дикий произносит.

– Правда?

С надеждой переспрашиваю. Напугана настолько, что даже иронии в его голосе не улавливаю.

– На койку села!

Орёт так, что и правда назад подаюсь, ногами к краю кровати упираюсь и, потеряв равновесие, падаю на матрас.

– П-пожалуйтса, не нужно... Не так...

Начинаю канючить.

– Я всё скажу как вы хотите, всё-всё. Только дайте мне хоть какую-то одежду. Прошу.

На глаза слёзы наворачиваются.

– Если Буйный… Если он… Это видео увидит, мне нет смысла ничего говорить. Тогда уже смысла ни в чём не будет… Он подумает… Нет…

Слёзы градом из глаз. Я разыгрываю самую настоящую истерику. Злата так бы себя и вела. Надеюсь.

Буйный на подруге помешан. Она невинная. Только для него. Только он один на неё смотреть и касаться может. А если бы кто-то другой её увидел или тронул… Я не знаю чтобы было…

– Дайте мне свою рубашку, прошу…

– Ту совсем оборзела?

Дикий ощетинивается, кривится только от одной мысли, что на мне его вещь окажется.

– Эффект будет ещё лучше, чем вы ожидаете, – произношу дрожащим голосом, – он ведь поймёт, что я в вашей рубашке…

Глава 4

Я прижимаю к себе колени. Пытаюсь прикрыться. Показательно всхлипываю. Но ещё немного – и начнётся настоящая истерика.

А если Дикий сделает мои фотографии? Обнажённые! И потом кто-то ещё будет смотреть. Или попадёт в сеть. Или…

Прижимаю дорожающую ладонь к губам. Пытаюсь проглотить панику. Она комом стаёт в горле.

Не могу дышать. Не могу! Хватаю кислород губами, но он словно об стену бьётся. В груди начинает невыносимо гореть.

Мне кажется, что я сознание сейчас потеряю. Перед глазами всё темнеет. Лицо Дикого расплывается.

Я умру сейчас.

Умру от приступа паники.

По лицу прилетает. Ткань рубашки неприятно царапает кожу. Удивлённо рассматриваю элемент одежды, которую бросил Дикий.

Хватаю, пока мужчина не передумал. Спустя секунду понимаю, что это неожиданно сняло паническую атаку.

– Натягивай давай, – бросает раздражённо. Наводит на меня камеру телефона. – Передай привет своему ебарю.

Быстро кутаюсь в рубашку, стараясь полностью прикрыться. Тону в ткани. Дикий огромный. Его одежда на мне почти как платье смотрится.

– Я… Он…

Я обрываюсь, даже не знаю, что сказать. Как мне к Буйному обратиться? По кличке, наверное, нельзя. Тогда Дикий сразу меня рассекретит.

Эмирчик?

Меня за это «Эмирчик» лично в лесу прикопает.