Я сказала сторожу, что я по личному делу, и это важнее для коры Амираны, а коли он меня не пустит, то сам будет бит.

Он вернулся быстро и сразу отворил узенькую калитку в воротах. Лошадку пришлось привязать снаружи.

Три этажа из серого камня, небольшие, но частые окна, отделанные белым камнем, широкие двери, возле которых нас ожидал строго одетый кор, вероятнее всего, он был кем-то вроде мажордома.

Нас провели в огромную гостиную, где на диване восседала грузноватая, невысокого роста барышня. Она была старше меня лет на пять, но сложная одежда, состоящая из платья, короткого жакета, застегнутого на большие пуговицы, и так сильно утягивающего грудь, что женщина с трудом дышала. Темные волосы искусно завиты и уложены в тяжелую прическу на голове. Полные губы, пухлые щеки и щелочки глаз цвета грозового моря.

– Вы сказали, что у вас для меня важная информация? – голос ее был высоким, звонким. Таких особ я всегда считала истеричными и боялась, что запланированный разговор может не получиться именно по этой причине.

– Кора, я та самая кора Полианна. Думаю, это имя вам о чём-то говорит. И я пришла к вам с миром. Думаю, если вы скажете, чего хотели от нас, я смогу подсказать вам что-то, - с улыбкой начала я безотрывно наблюдая за ее лицом. Она моментально забыла о тугом гардеробе и часто задышала, отчего пуговицы на груди натянулись и грозились отлететь в стену напротив и, отрикошетив, попасть мне прямо в затылок.

– Как вы смели прийти ко мне? Да вы - грязная мастеровая, а не кора, - она вскочила, и принялась ходить из стороны в сторону, называя меня самыми грязными словами, какие я только здесь слышала.

– Если у вас больше нет слов и вопросов, мне нечего сказать вам, уважаемая кора

Амирана, - ответила я и сделала шаг назад, давая понять, что я ухожу. – Просто, нужно, чтобы вы знали. За мастерской наблюдают люди городничего, а мальчишки, которых к нам посылают, рассказывают обо всем. Думаю, вашему мужу будет неприятно, если ему придется вытаскивать жену из тюрьмы. Я хотела только одного – понять, что вам нужно от меня, но вы не сказали ничего, - я повернулась к двери и твердым шагом направилась к выходу.

– Как ты смеешь уходить? Как ты смеешь? – кричала она мне вслед. Видит Бог, я не в той ситуации, чтобы иметь врагов, но позволять оскорблять себя я не могла.

Эвити шла за мной, но Амирана догнала нас уже за дверью и тяжело дыша встала передо мной:

– Как ты это делаешь? Как ты сама смогла открыть мастерскую? – она продолжала кричать, но я заметила, как она сникает, и меняется ее тон. - Мне нужно заниматься чем-то, чтобы не сойти с ума от горя, - она вдруг сникла, словно шарик, который сдулся. Теперь она стояла передо мной опустив плечи, уголки губ подрагивали. Это был совсем другой человек.