– Да-да, и девки, которые под его постами пишут: «О, Лев, какой ты красивый» – это тоже часть рекламной кампании? Да он же превратился в столичного мажора! Сама не замечаешь, нет? Раньше с моим Санькой на рыбалку ездил в рыбацких сапогах и с водочкой. А теперь светского Льва так просто в гости не пригласишь на рюмашечку. Ему подавай виски, да чтоб повыдержанней, и закусочку из дорогих ресторанов. После того, как Саня позвонил ему и позвал порыбачить, а Салтыков ответил: рыбачу только в «Бистрот» [U1], где подают форель под соусом бешамель, он больше ему не звонил. Так и сказал: от прежнего Салтыкова осталась только сломанная носовая перегородка, которую он получил в драке на школьной дискотеке. И больше ни-че-го. А ты сними розовые очки и прекрати его выгораживать. А не то скоро начнет крутить романы прямо у тебя под носом.

И Вера вспомнила эти слова, когда в их квартире появилась племянница Лиза из Томска.

Она хорошо помнила тот день. И как увидела женские туфли у двери, и как увидела саму Лизу с силиконовой грудью, которую та прикрыла Вериным же халатом. Ну да, казалось бы, в двадцать первом веке живем – почему бы девчонке не сделать себе сиськи и не нарастить волосы? Сейчас куда ни глянь все через одну пластические операции делают.

И девчонка сразу заговорила о родственниках, приветы Вере передавала, спрашивала про ее картины. У Веры отлегло. Она еще и поругала себя, за то, что посмела подумать, что ее муж привел в дом любовницу. Да и какая ж любовница приходить со своим чемоданом?

Все бы ничего, но вот когда Вера поехала гулять с Лизой по Москве, та встретила знакомых, в тот момент, когда Вера покупала мороженное. Сразу в памяти всплыли слова мужа: «Заселение в отель только с двенадцати, а у нее в Москве знакомых нет, вот и остановилась у нас пока».

Да как же это нет знакомых? Она собственными глазами видела, как ее тепло обняла какая-то расфуфыренная девушка и поцеловала в щеку.

«Ну, может, не настолько она хорошая знакомая, чтобы у нее останавливаться?..» – подумала Вера.

Мысль о том, что она, нечаянно нагрянув домой, застала мужа с любовницей, гнала от себя в конец очереди в Третьяковку.

«Ну не мог Лёва так поступить, точно не мог. Он любит меня! И… это ж наша квартира. Мы же… мы же там живем нашей семьей, с нашим сыном!»

В ее голове не укладывалось такое жестокое предательство от мужа. Но в душе поселилось чувство, что здесь что-то не чисто. По сердцу весь день царапало ноготочком, а внутренний голос шептал: «Проверь ее, проверь!»

И Вера его послушала.

Она помнила прошлый приезд Лизы, несмотря на то, что прошло так много лет. И знала, что девчонка тогда всерьез увлекалась гимнастикой, а не музыкой. Помнила, как маленькая Лиза показывала колесо и садилась на шпагат.