Больше трех лет он не испытывал ничего подобного. Нормальное мужское желание овладеть женщиной, как ленивый старик сидело в сторонке. А сейчас увидев Веру, оно подскочило словно ударенное электрическим разрядом, а сердце застучало так громко, словно в груди ехал товарный поезд.

– Тоже не спится? – шепнула Вера, подняв взгляд на Олега.

Но вместо ответа, он одной рукой скользнул под шелковую ткань, обхватил ее тонкую талию и почувствовал, как тело Веры покрылось мурашками. Пальцами второй руки коснулся ее подбородка, аккуратно поднял голову и наклонился к ее лицу. Его взгляд был прикован к губам женщины, присутствие которой сводило с ума день за днем. И вот сегодня – окончательно сорвало крышу от страсти и желания забрать ее себе целиком и полностью.

Напряженное тело Веры с каждой секундой словно таяло от его теплых прикосновений. Она склонила голову на бок и закрыла глаза. Олег прикоснулся губами к ее шее, сначала нежно, потом со стремительно нарастающей страстью поднимался выше, впился губами в ее подбородок, затем – в губы. А когда его пальцы бессовестно отодвинули тонкую полоску кружевных трусиков, Верины стоны перестали быть беззвучными.

– Нужно отойти от детской, – оторвавшись от губ Олега, шепнула Вера, и в следующую секунду она оказалась в его крепких руках.

Прежде чем дойти до спальни и закрыть в нее дверь, он успел оставить отпечатки горячих поцелуев на ее плечах, губах и шее.

Глава 41

Москва

Дом Салтыкова

23:20

Лев бросил курить пять лет назад. И он был на сто процентов уверен, что ничто не сможет заставить его снова взяться за эту вредную привычку.

Он ошибался.

Последние несколько дней из-за нервов и стресса он не выпускал сигарету из рук.

Лев докурил, бросил окурок мимо урны, стоящей у подъезда и вошел внутрь.

– Вернется, вернется, никуда не денется. Приползет, как голодная шавка… – невнятно бормотал Салтыков в лифте, пытаясь попасть пальцем в нужную кнопку.

В трезвом состоянии он понимал, что Вера к нему уже не вернется, а вот напившись до чертиков воображал, как жена, отчаявшись выживать без него в жестоком мире, возвращается и просит прощения.

Мысль о том, что это она подставила его с той Анжелой, вкручивалась в сердце гвоздем и злила до скрежета зубов.

«Откуда? НУ ОТКУДА у нее такие связи?» – удивлялся Лев, когда следователь озвучил ему ее условия.

Перед Львом стоял выбор: или пойти на эти условия, или же сесть в тюрьму лет на двадцать.

И он этот выбор сделал.

Кто бы знал, с каким трудом ему далось подписать все необходимые документы. А потом он несколько дней проклинал и Веру, и всех, кто был замешан в этой подставе.

– Ты у м-меня в н-ногах будешь валяться, – пробурчал Салтыков и громко икнул. – Всех, всех вас из-под земли достану, – погрозил он пальцем.