Но сейчас Светлана стала моей второстепенной проблемой, потому что на первый план вышла Алиса.

Алиса, Алиса, Алиса… я ведь предполагал, что ты могла выкинуть нечто такое. Я изучил тебя. Твой характер. Твою реакцию. Был готов к тому, что ты тоже увидишь эти фотографии в интернете.

Странно было даже не это, а то, что меня дико взбесил тот факт, что ты мне на зло пошла обниматься с тем малолетним чмом, которое вилось вокруг тебя в последние дни.

И, блять, все равно не мог тебя винить.

Когда ты звонила, я был на взводе. Рвал и метал. Устранял последствия того, что выкинула Светлана, а потом снова рвал и метал.

Не хотел, чтобы ты в тот момент со своим звонком попала под раздачу.

А ты бы попала. Ты же язык за зубами держать не могла. Ты же в дверь с ноги входишь… естественно, мне даже думать не нужно было о том, что именно ты бы заорала в трубку, как только бы я поднял телефон.

Вот только моё понимание не отменяло серьезного разговора, который у нас зрел уже не первый раз. Например, обсудить твоё ""доверие” и несдержанность, импульсивность и, в результате этого, глупые и иррациональные поступки. Детские, я бы даже сказал.

Алиса, Алиса… глядя на фото, которые ты разместила в соцсети пару минут назад, хотелось просто взять этого хлюпика рядом с тобой и размазать по стенке.

А тебе долго и доходчиво объяснять почему так делать нельзя.

Потому что, мать твою, меня это дико взбесило. Ты добилась своего. Только вряд ли это для тебя хорошо закончится. Я не подросток, чтобы играть в подобные игры. И моя женщина должна знать основные правила поведения и вести себя соответствующе.

Именно поэтому я не стал ей перезванивать. Потому что в этот раз, не она, а уже я мог не сдержаться.

“Нам нужно серьезно поговорить, когда я приеду”. Отправил сообщение."

"“Когда ты приезжаешь?” — молниеносно прилетело в ответ.

“Завтра”.

“Почему не сегодня?”

“Дела”.

Блять, нужно бы все-таки поспать. А то, противореча себе, не сдержусь и позвоню девчонке.

Слишком сильным было желание одновременно наорать на нее и услышать ее голос.

Глава 28

Наконец-то этот день наступил. Дурацкое послезавтра, которое я ждала с замиранием сердца. Сто тысяч раз успела пожалеть о собственной выходке, но ни разу не собиралась за это извиняться.

Если Глеб начнет мне что-то высказывать на счет моих фотографий в соцсетях, которые он наверняка видел, мне тоже будет что ему предъявить.

В конце концов, это у него рыльце в пушку.

Я ехала сейчас в машине в кафе, адрес которого он мне прислал, и злилась, накручивая себя.

Чернов прилетел еще утром и, видимо, был на столько зол, что прислал мне только сообщение. Даже звонка не удостоил.

И меня это очень сильно беспокоило.

Может, все-таки зря я себя успокаивала, и да что-то существенное, но произошло у него в поездке. С этой… Светочкой.